— А если вещь выпала мне из монстра, что мне с ней делать? — уточнил я.
— Ты обязан отнести и сдать ее в ближайшую гильдию, — невозмутимо ответила та. — Естественно, если тебя остановит какой-то игрок на пути к гильдии, ты можешь так и сказать. На тебе метка гильдии, обычно этого хватает, чтобы не привлекать излишнее внимание, но это не невозможно.
— Понятно. А деньги?
— Жалованье тебе начнут платить только по результатам обучения, а дальше — уже смотря, насколько ты эффективен. В любом случае ты получишь место для сна и трёхразовое питание. К примеру, есть старатели, которые на раскопках зарабатывают столько, что могут себе позволить себе собственный гарем и личный замок. Но, естественно, если хочешь хорошо заработать, нужно работать.
Пришел за адской силой — выкладывайся, как демон.
— Если у тебя появятся разрешенные магические предметы, их занесут в твою карточку, и все игроки будут видеть это разрешение, как и стража, — снова заговорила девчонка. — Прокачивать такие вещи не возбраняется. Но нужно вовремя обращаться в гильдию, когда предмет поднял уровень. Если стража или игроки увидят, что у тебя записан меч 1 уровня, а ты ходишь с мечом 15-го, у них могут возникнуть вопросы.
— Обязательно учту.
Тут мой желудок издал совсем уж непристойный звук и Виктория поморщилась.
— На пока это все, иди, Майкл.
И я первым делом отправился к барной стойке. Клайв окинул меня сочувствующим взглядом, но ни слова не сказал, когда я проследовал к двери за его спиной.
А вот внутри на меня сразу же обрушился адский жар и запахи, ароматы, утонченные нотки полусырого мяса, острых специй, сам собой на языке ощутился вкус свежего пшеничного хлеба.
— Дайте пожрать! — обратился я в недра скворчащего и парящего царства.
Из облака запахов вынырнул паренек лет пятнадцати. Молча осмотрев меня, он махнул рукой, приглашая следовать за собой.
— Меня Олаф зовут. Я тут главный.
— Майкл. Я тут новенький. А у нас будет что-то вроде обеда?
— Вот сейчас ты мне и поможешь, надо дров принести — печка скоро погаснет, — распорядился он. — Вот дверь на задний двор, дрова в поленнице справа от нее. Пока натаскаешь, я тебе как раз на стол соберу.
Делать было нечего, так что я не стал отказываться. Пока что привлекать лишнее внимание я не хотел. Здесь была крыша над головой, еда, какая-то работа. С остальным разберемся по ходу дела.
Дверь наружу открылась с громким скрипом, и я вышел на улицу.
На ужин мне досталось сытное варево. Мужская еда, одна порция: какие-то зерна, смахивающие на гречневые, куски подтаявшего бекона, местный аналог картошки. Было не очень вкусно, но зато сытно.
Так что, умяв свою порцию, я прямиком отправился в мужскую казарму. Внутри действительно оказалось не так много занятых мест. Из двадцати пяти двухъярусных коек было свободно больше восемнадцати.
Что приятно — каждая постель имела не только свой пронумерованный шкафчик, но и набор постельного белья. Нехитрого, конечно, но мне сейчас было не до жиру. Так что бросил на выбранную кровать подушку, набитую пухом, положил такое же одеяло и, рухнув на постель, я отрубился.
Это был первый мой полноценный сон за четверо суток. Так что, когда я под крик петуха открыл глаза, сначала даже не понял, кто я и где. Перед слипающимися глазами все плыло, жутко хотелось укрыться одеялом и спать дальше, но проклятый петух на заднем дворе разорялся так, что оставалось лишь скрипеть зубами.
Ну погоди, засранец, я из тебя еще сварю куриный суп!
Поднявшись на кровати, я осмотрелся. Несмотря на аккомпанемент птицы за окном, вставать народ не спешил. Так что у меня появилось время рассмотреть, с кем свела судьба.
Вчера я не особо смотрел на деревенских жителей, и встретил только лисодевочку за стойкой. Но зато сейчас обратил внимание на то, что людей-то в казарме и нет!..
Трое здоровенных мужиков обладали зеленой кожей с наростами чешуи там, где у людей обычно прорастают волосы. При этом на головах длинные патлы были собраны в косы с какими-то ритуальными камушками, вплетенными в прическу.
Другой казался человеком, только бледным до синевы, но при храпе открывал рот, в котором торчали мелкие острые зубы, смахивающие на акульи — в несколько рядов. Приглядевшись, я понял, что кожа не бледная, а синим отливает чешуя. Ихтиандр хренов!
Встав на ноги, я проверил замок на своей тумбочке. Обувь и одежда были в порядке, так что я оделся и пошел на выход. Вчерашний ужин уже давно рассосался, так что желудок, дорвавшийся до еды, требовал наполнения.
Разнообразия ради я решил не идти через зал гильдии, а зайти через ту дверь, в которую таскал дрова. Но стоило мне выйти на воздух, как я увидел довольно интересную картину.
Давешний монах держал одной рукой запястье здоровенного минотавра в кольчужных доспехах. Воин кривил лицо, пытался вырваться из хватки, но ушастый без особых проблем менял захват, удерживая противника на месте.
— Я же говорил, что если ты мне еще раз попадешься, я тебе рога обломаю? — насмешливым голосом уточнил эльф. — Так что теперь не обижайся.
