На минуту отрешившись от действительности – жадно шелестя, вода хищно торопилась достать непокорную добычу, вот уже скрылись в ней кусты и мумифицированные птицы – волшебники вдумчиво и нараспев, выворачивая кисти рук так старательно, как никогда не делали это на самом нужном экзамене, произнесли одно только бытовое заклинание. Заклинание Чистоты.
На столе профессора Оничану оно поддерживало порядок и не давало садиться пыли, но, будучи применимо к Мертвой воде… и пала тишина.
Поттер открыл глаза, оказывается, он зажмурился, чтоб не отвлекаться на внешние раздражители, а Драко громко перевел дух – как выяснилось, он задерживал дыхание, чтобы не сбиться со счета.
Камень-постамент волшебным образом истаял в песок, а молодые маги стояли по колени в воде. Чистой и прозрачной как слеза воде. Обычной воде, с пологим песчаным дном и печальными скелетиками погибших здесь птиц.
Гарри опустил глаза. Брюки, разрезанные лезвиями призраков на ленточки, невозмутимо изображали из себя качающиеся водоросли.
- Рыбок не хватает, - саркастично произнес Малфой, подумавший, видимо, о том же, - пошли уже.
И потянул Поттера к берегу.
И берег тоже изменился. Никакой дымки и неясных очертаний. Сразу обозначился какой-то проход в стене, и оттуда явственно тянуло чем-то свежим и чистым.
Гарри пошел вперед, не замечая, как его палочка в опущенной руке чертит по воде, и вода, послушная движению палочки, вымывает небольшую траншейку в песке на дне озера.
Малфой задержался на мгновение, наклонился, провел по траншее пальцами, намочив рукава, что-то спрятал в карман, улыбнувшись, и пошел следом.
Дальше осталось идти только по прямой.
И когда в глаза ударило солнце, играющее светом, роняя лучи сквозь деревья, парни без сил повалились у выхода из своего приключения – тоннели и опасности остались за спиной.
***
Дамьян, болтающий с друзьями на улице, увидел, как к их домику подкатился Ломяну и заговорил с братом, натачивающим во дворе топор. Титу, ловко кинув колун в колоду, поднялся на крыльцо и поманил за собой гостя.
Да что происходит? Какие дела могут быть у брата с этим… Мясником? Махнув рукой друзьям, Дами змейкой скользнул к задней части дома, где находилась его комната и, скинув обувь, нырнул в открытое окно. Он бесшумно подкрался к приоткрытой двери и затаился за ней, понимая, что малейший звук выдаст его.
- Так что со свадебкой, Титу?
Дами широко распахнул глаза. Свадьба? О чем речь вообще?
- Это ты мне скажи, брат пока и не заикался. Ты вообще говорил с ним?
- А как же! Все договорено, чего уж, парнишка-то молодой, нетерпеливый! Так что через недельку на Состязаниях, то есть после них, можно свадебку и сыграть.
Брат молчал, а Дамьян с трудом сдерживал рычание. Не может же быть… или может?
- Титу, ты не волнуйся, свадебный пир я сам обеспечу.
- Не о том я волнуюсь.
- О брате тоже не переживай! Я о нем позабочусь! Будет спать на перине гусиного пуха, все прихоти его выполню, все заботы на себя возьму. Чего ж не ублажать такого нежного и сладкого волчонка?
Дами стоял, широко открыв глаза и прикусив кулак, чтобы не закричать и не замечал, как по его лицу текут слезы. Заботы? Титу не знает, как от него избавиться, решил сбагрить этому мерзкому типу, лишь бы с глаз долой?
Брат вышел проводить гостя, и он отмер, метнулся за походным мешком, кинул в него самое необходимое: мазь, повязки, спички, купленные у людей, да кусок копченого мяса с парой лепешек. Теперь в лес к заветному дереву, но так, чтоб никто не заметил.
Раздеться и запихать одежду в мешок дело пары минут, подарок Ромулуса тоже был снят и бережно спрятан в середину мешка. Дами вынул из дупла заветные мешочки с травами, насыпал вокруг хорошенько, остатки завязал и спрятал к вещам, плотно затянув горловину своего мешка. Вот и всё, можно обращаться. Дамьян превратился в волка, выкатался в смеси насыпанных трав, подхватил зубами мешок и, перепрыгнув ручей, помчался среди деревьев.
Он бежал до самой ночи, стараясь уйти подальше, он бы и ночью бежал, видел он все вокруг прекрасно, но понимал, что если не даст ноге отдохнуть, то потом не сможет на нее ступить. Когда на пути попалась старая разлапистая ель, Дами по осыпавшимся колким иголкам забрался под ее нижние ветви к самому стволу, где и свернулся клубком рядом со своим мешком. Он не стал оборачиваться в человека – все равно спать в меховой шубе намного теплее и удобнее. Хотелось есть и пить, но усталость победила, и он заснул тревожным сном, и всю ночь ему снились кошмары, в которых он женится на Ломяну.
Утром Дами проснулся слишком рано, и, обернувшись человеком, подрагивая от холода, он вытянул из мешка куртку, накинул на плечи, достал кусок мяса и флягу с водой. Позавтракав, убрал куртку на место, насыпал на землю травяной сбор и, обернувшись волком, снова обтерся об травы, отбивая запах.
