Ремейк кошмара полностью

— Посмотрим дома, — сказала Юлия и закрыла глаза. Роман ничего на это не возразил, завел мотор, плавно вырулил на шоссе — и они двинулись обратно в Москву.

Юлия даже задремала, однако когда открыла глаза, то поняла, что или сновидений не было, или она их не помнит. Во всяком случае, ей не довелось очутиться снова в бункере Квазимодо.

Запарковавшись в подземном гараже, они на отдельном лифте вознеслись в пентхаус. Пропуская жену в холл, Роман произнес:

— Веронике Ильиничне я дал отгул…

Он имел в виду их экономку и кухарку. Юлия, одной рукой сбрасывая туфли с ног, а другой прижимая к груди извлеченный из дупла сверток, произнесла:

— Она ведь задает вопросы, не так ли? Я ведь слышала, как она шепталась с тобой. А потом, когда думала, что я сплю, говорила со своими подружками по телефону. И сказала, что работает в несчастной богатой семье, где муж ангел, а жена бесится с жиру и еще и спятила.

— Я ее уволю! — вспылил Роман, а Юлия, проходя в зал, заметила:

— Не надо. Теперь уже все равно. Да и она права. Ты ангел, а я спятила.

Она положила сверток на барную стойку, а Роман, поглядывая на него, произнес:

— Я сделаю нам по коктейлю. Безалкогольному. Думаю, мы с тобой заслужили, солнышко. А ты живо мыть руки. Ты обещала, что сделаешь это самым тщательным образом!

Юлия отправилась в ванную, не забыв прихватить с собой сверток. Она боялась, что Роман развернет его в ее отсутствие.

А этого Юлия допустить не могла.

Она долго и тщательно, как и обещала, мыла руки, взирая на свое отражение в зеркале. Красивая породистая блондинка, впрочем, блондинка крашеная, у которой были изнуренный вид и темные круги под глазами.

Интересно, а Роман ее еще любит?

Она подумала о том, что сама любит его так же, как и в начале их бурного романа, завершившегося всего через три месяца после знакомства свадьбой. И это с учетом того, что она вообще-то готовилась к свадьбе — правда, с совершенно иным человеком!

И только познакомившись с Романом, поняла, что ей нужен именно он, и никто другой. Мама, и так прохладно относившаяся к Игорьку, ее тогдашнему ухажеру и жениху, была на ее стороне. Отец же был явно против, однако в итоге смирился: Юлия обещала ему подарить в самое ближайшее время внуков. А это для отца, основателя и владельца крупной сети магазинов строительных материалов, было более чем весомым доводом.

Да, Романа она любила как в первый день, потому что в нем она нашла того человека, которого искала все эти годы — сама не подозревая, что ищет. Такое, как выяснилось, тоже время от времени бывает.

А вот теперь она прикладывает все усилия, чтобы разрушить их семейную идиллию. И из любящей жены превратилась в жену сумасшедшую.

Но не такую уж и сумасшедшую, раз она сумела найти это. Взгляд Юлии упал на сверток.

Она отыскала то, что было запрятано в дупло Великим Белком. Звучало, конечно, абсолютно по-идиотски, но женщина ничуть не сомневалась в правоте своих мыслей.

Подняв глаза, Юлия была готова увидеть у себя за спиной чертову девочку с зашитым ртом и пустыми глазницами, но чертовой девочки нигде не было. Юлия даже специально посмотрела в сторону душевой кабинки — там тоже никто не притаился.

Ну надо же! Не исключено, девочка отступила, поняв, что ее тайна раскрыта. Точнее, не девочка, а вещавший через нее Великий Белк.

Вытерев руки, Юлия взяла сверток и вышла из ванной. На барной стойке уже стояли два коктейля — Роман, в студенческие годы подрабатывавший барменом, мастерски их готовил.

Он протянул Юлии бокал с бледно-фиолетовым содержимым, сам держа в руке ярко-бордовый.

— Ну что же, солнышко, за нас и за наше путешествие по дебрям Подмосковья.

Юлия осушила сразу половину бокала, только сейчас ощутив, до какой степени испытывала жажду.

— Я заказал кое-что в тайском ресторане, должны вот-вот доставить… Или ты хочешь вина, солнышко? Впрочем, доктор сказал, что тебе нельзя…

— Он же шарлатан! — заявила Юлия, и Роман расхохотался:

— Уела меня, солнышко! Ну что, давай посмотрим, что ты там нарыла.

Он кивнул на сверток, который Юлия прижимала к груди.

Женщина положила его на барную стойку, Роман приблизился с ножницами, но Юлия сказала:

— Я сама.

Муж не стал перечить или переубеждать ее, молча подал ножницы, и Юлия перерезала зеленые тесемки, осторожно развернула плотную пластиковую ткань. Наконец она узрела затейливую рукоятку, а затем по гранитной стойке звякнуло что-то металлическое.

Перед ней лежал нож, с длинным, частично покрытым бурыми засохшими пятнами странным лезвием и рукояткой, сделанной из пробкового дерева, с темным металлическим ободком.

Точно такой же нож она видела в своем кошмаре — в ящике на кухне Квазимодо.

— Гм, — произнес после недолгого молчания Роман. — Нож… Правда, какой-то странный…

Он имел в виду загогулину на конце лезвия.

— Думаю, таким удобно извлекать глаз из глазницы… — произнесла медленно Юлия, сама не зная, отчего ей в голову пришла такая ужасная идея.

— Солнышко, — произнес шокированно Роман. — Господи, к чему такие ужасы? О чем это ты?