Ремейк кошмара полностью

— Итак, как понимаю, это место вам хорошо знакомо. Это большой комплекс. Где бы вы на месте… На месте Великого Белка устроили бы свое… свое логово…

Юлия закрыла глаза, и вдруг все стало на свои места. Распахнув веки, она заметила:

— Под кухней имеется подвал, похожий на лабиринт…

Ну конечно, подвал! Она же все старалась вспомнить, на что похож бункер из ее кошмара. Странно, что она недодумалась до этого раньше.

Не захотела додуматься.

— Где он? — спросила сыщица, и Юлия, выйдя на крыльцо (лило еще сильно, но уже не сплошной стеной, как десять минут назад), показала рукой в направлении комплекса зданий:

— Кажется, там…

Юлия, под ногами которой хрустело битое стекло, медленно спускалась вслед за сыщицей Ивановой по ступенькам. Они оказались около двери — черной двери с черным фонарем. Юлия вздрогнула, когда сыщица отворила ее.

Они оказались в небольшом коридоре, который привел их в…

(В-Б, В-Б, В-Б. Веселые бельчата, веселые бельчата, веселые бельчата…)

В бункер из ее кошмара. Юлия прислонилась к гладкой бетонной стене. Да, это тот самый бункер из ее кошмара…

— Это место? — спросила деловито тезка-сыщица, и Юлия медленно кивнула. Та прошлась по коридору, заглядывая в камеры и светя в них прихваченным фонариком.

— Странные пятна на стенах… Кажется, кровь… И здесь тоже! Господи, да тут в каждой камере кого-то разделывали!

Юлия замерла, не в силах ступить ни шагу, а потом заметила, как сыщица буквально выпрыгнула из одной из камер.

— Что там? — спросила она, а та — с белым лицом — выдавила из себя:

— Думаю, мы нашли Юлию Белкину… Что верно, то верно: это и есть логово Черного человека. Ну, или, как вы его называете, Великого Белка…

Юлия бросилась к камере, но сыщица преградила ей путь.

— Это далеко не самое приятное зрелище! — заявила она, а Юлия, стараясь прорваться в камеру, кричала:

— Нет же, отпустите меня, отпустите…

На мгновение обе женщины, тяжело дыша, смолкли, и до них донесся странный шум сверху. Юлия в ужасе вздрогнула, а сыщица, приложив к губам палец, быстро направилась по коридору обратно.

Юлию так и манила приоткрытая дверь камеры, в которой только что побывала сыщица, однако запал прошел — и она вдруг поняла, что ей там делать нечего.

Просто нечего.

Со стороны коридора донеслись громкие возбужденные голоса, и Юлия поспешила наверх. Она увидела Иванову, цепко державшую в руках высокую нескладную девицу, со странными прыщами вокруг рта, облаченную в черный дождевик с капюшоном. Юлия подумала, что это она ее видела до этого между деревьев.

Или Великого Белка?

— Отпустите меня! — закричала девица тонким голоском, с ее головы упал капюшон, и Юлия заметила, что девица была в нелепых при сильнейшем ливне солнцезащитных очках.

— Вы что тут делаете? — крикнула сыщица, а девица заявила:

— Караулю Великого Белка!

А затем быстрым жестом сняла очки, и Юлия отвела взгляд — вместо глаз у той были черные глазницы. Присмотревшись, она поняла, что вокруг рта у той были вовсе не прыщи, а застарелые шрамы, видимо, оттого, что когда-то рот у девицы был зашит.

— Он ведь вас похитил тоже? — спросила ошеломленная сыщица Иванова, беря девицу за руку. Та, цепко схватив ее за ладонь, надела очки и, криво усмехнувшись, сказала:

— Я была его первой жертвой… И единственной, кому повезло остаться в живых.

Юлия же в ужасе молчала, не в состоянии выдавить из себя ни слова.

(Веселые бельчата, веселые бельчата, веселые бельчата…)

— И зачем он вам нужен? — прервала ее сыщица, а девица, запустив руку в карман дождевика, вынула оттуда длинный нож — с особым лезвием.

— Чтобы убить ее!

— Убить его? — переспросила сыщица, а девица искривила покалеченный рот:

— Не его, а ее! Потому что Великий Белк — женщина!

Чувствуя, что ей внезапно делается плохо, Юлия осела на грязный пол. А сыщица Иванова, забрав у девицы нож, заявила:

— Как это — женщина? И откуда вы знаете, где его логово…

(Веселые бельчата, веселые бельчата, веселые бельчата…)

— Потому что она меня здесь держала и пытала! — заявила девица. — Но Великий Белк была тогда еще неопытной, поэтому хоть и замучила, но не до смерти… Я лишилась глаз, но я все равно помню, где она меня держала. И знаю, что она убивает и дальше. И прихожу сюда, чтобы отплатить ей за все те страдания, которые она причинила мне и всем другим!

— Получается, вы видели Великого Белка? — произнесла деловито сыщица. — Ну, до того, как он, то есть она лишила вас зрения…

— Конечно! — провозгласила девица. — Я ее видела. И слышала. Его голос я никогда не забуду! Никогда! И, кроме того, я знаю, как она выглядит. И ношу с собой портрет, который я сама нарисовала — по памяти, будучи уже слепой! Вот, смотрите! Это — Великий Белк.