Чувствуя, что у нее шумит в ушах, Юлия положила заколку обратно в коробку.
Это означало, что
— Сколько же их тут? — спросила Юлия в ужасе, высыпая заколки на землю. — Их тут десятки! А если он у каждой девочки-жертвы забирает по заколке, то это значит, что на его совести…
Она принялась считать, но перестала, потому что заметила сыщицу Иванову, заинтересованно рассматривавшую коробку, в которой находились заколки.
— Вы что-то обнаружили? — спросила ее Юлия, а сыщица, кивнув, показала ей на дно коробки, и Юлия прочитала, холодея от ужаса:
— Лагерь детского отдыха
Ну конечно,
Эти провалы в памяти… Она
Юлия отчетливо застонала, закрыв лицо руками. Господи, ведь даже и здесь эта адская аббревиатура:
Нет, не
Юлия чувствовала, что в голове у нее шумит, и сквозь туман различила голос сыщицы:
— Этот пионерский, позднее летний, лагерь располагается в области, правда, его закрыли уже больше десяти лет назад. Но, судя по всему, он как объект еще существует…
— Я знаю, — прошептала Юлия. — Я много лет тому назад… Я была в этом лагере… Была… Была…
— Вы в нем были? — спросила явно изумленная сыщица. — Интересное, надо сказать,
— Вы думаете… — начала Юлия, а сыщица сказала:
— Думаю, что у него имеется не одно логово, а как минимум
Юлия снова закрыла лицо руками —
— Ноутбук мы прихватим с собой. Ребята-компьютерщики из моего агентства и не с таким справлялись.
— Это мы тоже возьмем с собой! — заявила Юлия, судорожно собирая рассыпанные по полу заколки, а сыщица промолвила:
— Да, захватим. Потому что их можно предъявить родителям исчезнувших девочек… Вы пока собирайтесь, я сейчас вернусь. Без меня никуда не выходить!
Ссыпая заколки в коробку, Юлия чувствовала, что ее трясет. Если Великий Белк коллекционировал заколки своих жертв, то он замучил никак не меньше двух десятков девочек.
Раздались шаги, в комнату вернулась сыщица Иванова.
— Подвального помещения здесь, как это ни странно, нет. Остальные помещения не закрыты. Значит, так оно и есть — здесь офис, а подлинное логово, то, в котором он держит жертв и измывается над ними…
Накрыв коробку крышкой, Юлия поднялась с колен и сказала:
— В пионерском лагере
Они мчались по МКАДу, а на небе была видна огромная, похожая на ползущее по небу брюхатое чудовище дождевая туча. Было невыносимо жарко, не помогали даже открытые окна, однако чувствовалось, что надвигалась сильная гроза.
Когда они съехали со МКАДа, Юлия проявила беспокойство и сказала:
— Это же… Это же ведь
Она указала на лесополосу — ту самую лесополосу, где она похоронила бельчонка. Где они с Романом наткнулись на странную яму, словно приготовленную для кого-то могилу, и где она в дупле дуба обнаружила нож.
И всего в паре километров от того места, где погибла в автокатастрофе мама. Не погибла, а
Великим Белком.
— Да, там ведь в самом деле какие-то заброшенные здания! А дальше железная дорога… — вырвалось у Юлии, которая указывала на лесополосу, а сыщица, метнув на нее недоверчивый взгляд, сверилась со своим мобильным, по которому осуществляла навигацию.
— Вы что, здесь
Стушевавшись, Юлия кивнула, а потом быстро добавила:
— Ну да… Мы же здесь и нашли нож…
Кивнув, сыщица остановила автомобиль и сказала:
— Дальше пойдем пешком.
Они вышли из салона, и Юлия тревожно вздохнула. Ветер усилился, туча практически накрыла лесополосу, превращая день в ночь.
— Предлагаю переждать, — заявила сыщица, а Юлия крикнула:
— Нет, мы и так
И, игнорируя обращенные к ней слова сыщицы Ивановой, бросилась в лесополосу. Ноги сами вывели ее на ту поляну, где они обнаружили похожую на могилу яму — только никакой ямы уже не было. Кто-то, аккуратно утрамбовав,
— Подождите! — донесся до Юлии крик, и с неба упали первые тяжелые капли. Обернувшись, она заметила спешившую за ней сыщицу.
