Но мне совсем не хотелось спать. Если говорить честно, я боялась. Как будто вся компания осталась поджидать меня там, в моих снах. Поэтому я сварила себе кофе и достала книгу. Книга называлась «Сектоведение». Моя мама, будучи учителем, постоянно сталкивалась с неизбежным появлением каких-то вероучителей в жизни своих подростков. Поэтому была вынуждена разориться на этот увесистый том. Иначе как же ей было удерживать детей над краем пропасти, если туда даже взрослые охотно валятся…
Первая же строчка повергла меня в ужас.
«Делайте деньги, делайте деньги, делайте больше денег, делайте еще больше денег, заставляйте других работать, чтобы и они производили для вас деньги…»
— Ни фига себе, — пробормотала я. — Получается, что у нас вокруг тьма этих сайентологов…
Дальше — круче.
«Наша цель не в том, чтобы быть паиньками»…
Я невольно усмехнулась. Да уж, их и в самом деле трудно так назвать… Дальше шла вообще уголовщина — если сотрудник «ишачит на всю катушку, он может смело идти на мокрое дело, а если он сачкует и нс выдает на-гора, он ответит за каждый чих».
«Это же криминал! — возмутилась я. — Чистая феня… К тому же этот их Рон явно страдает кататонией…»
Я даже немного расстроилась за Витьку: как он мог? Он-то мне казался умным человеком. Неужели и ему понравился сначала вот этот бред?
Но тут я нашла кое-что про себя. Оказывается, «любой сайентолог, не опасаясь наказания церкви, может лишить собственности всякую подавляющую личность и нанести ей любой вред. Их можно завлекать в ловушку, подавать на них в суд, им можно лгать, их можно уничтожать физически».
— Экий ты добрый парень, Рон, — пробормотала я. — Просто душка… Теперь я понимаю, какую неправильную позицию я занимаю.
Тут я вспомнила, что Том Круз и Джон Траволта тоже связались с этими ребятами, прямо как мой Витька, и серьезно загрустила. Ладно эта Эллина, ладно там Дубченки… Но мне так нравится Круз. И в фильмах он играет совсем не «позитивных»…
Я читала долго, и мне становилось не по себе.
Когда я прочла о несчастной Лизе Макферсон, члене секты, которая погибла при загадочных обстоятельствах, мне стало действительно страшно.
Она умерла по пути в клинику. А до этого ее семнадцать дней держали в запертой комнате, в сайентологическом отеле. Ее тело было покрыто кровоподтеками, а вскрытие показало, что она уже пять дней не получала жидкости. Последние же дни она находилась в бессознательном состоянии: ее конечности были обгрызены тараканами…
Я положила книгу.
— Витька, — прошептала я. — Витька, милый мой…
Страх за него был таким сильным, что я была готова мчаться к нему прямо сейчас, через весь город.
Я не могла избавиться от настойчивого видения — это Витька лежит, привязанный к кровати. Его заперли… Пока не одумается…
Я бросилась к телефону. Уже набрав номер, я посмотpeлa на часы: было только пять утра.
Никто не отвечал.
Он спит, постаралась я успокоить себя. Он просто спит. Все в порядке…
Но сердце мое отказывалось в это поверить.
Он же был — как это? — «клиром». Очищенным. Разве они простят предательство?
Я оделась и выбежала на улицу.
На улице было еще темно и пустынно. Я побежала к остановке.
На одну секунду мне показалось, что это просто продолжение моего сна: улица, застывшая в оцепенении, скрип снега под моими ногами — и полная тишина…
На остановке никого не было.
«Господи, пошли мне трамвай!» — взмолилась я, невольно поежившись то ли от холода, то ли от страха.
Трамвая не было. Наверное, Господь не был согласен с моей решимостью.
За моей спиной раздались шаги. Я невольно вздрогнула.
— Сашка, ты куда в такую рань?
Я обернулась.
Это был сосед. Парня все считали отпетым, говорили, что он был бандитом и служил где-то в «охране». Я знала его с самого детства.
— Привет, — сказала я. — А ты… откуда?
— Я-то с работы, — сказал он. — Тебя бабки напрягли притащиться с самого ранья, что ли?
— Нет, я…
Ну как ему объяснить? И поймет ли он меня? Но то, что он оказался сейчас рядом со мной, было неожиданной помощью. Страх немного притупился.
— Мой друг попал в мерзкую историю, — начала я рассказывать ему все по порядку, сама не понимая, зачем я это говорю и почему он меня слушает.
— Cлушай, ты только не плачь, а? — попросил он. — Тебя всю трясет… Хочешь, я с тобой поеду? Если они такие гады, тебе с ними в одиночку не управиться….
— Я могу в милицию…
— Ага, умно! — рассмеялся он. — Сейчас они прямо побежали… Пришла девица и рыдает, что пропал ее возлюбленный-бизнесмен… Вон трамвай… Поехали.
Раньше чем я успела возразить, он втащил меня в подошедший трамвай и теперь стоял рядом со мной, безмятежно улыбаясь.
— Тебе-то это зачем?
Он только усмехнулся.
— Интересно, — передернул он плечами. — И потом я этих козлов ненавижу… У меня была подружка, нормальная девчонка… А ее мормоны окрутили. Так что, считай, я с тобой еду в приступе мстительности… Да не дрейфь ты! Надо будет — подмогу вызовем… — Он с гордостью показал мне мобильник. — Ну кто из нас круче?
Я посмотрела на него с некоторым сомнением.
