"Я последняя из клана Несущие Бурю. Много лет назад моя сестра Изольда полюбила вампира и выносила ему ребенка. Это был позор для всего нашего рода. Вопреки всем, она не отреклась от своей любви и была изгнана. Чтобы вернуть честь, нам пришлось в отчаянной схватке уничтожить ее возлюбленного. Цена этой победы была высока. Расплата не заставила себя долго ждать. В ночь, когда небо разверзлось над нашими головами, Изольда вернулась... У нее было одно желание - отомстить. Это была уже не наша сестра... Чудовище. Могущественное и беспощадное. Ради борьбы с которым нам пришлось вернуть к жизни настоящее зло..." Вторая часть романа Любовь Вампира. Нумерация глав сквозная на все 4 части.
- На этом подарки судьбы не закончились. Как в самом страшном кошмаре – чем дальше, тем хуже. Я еле сдерживал душевную боль утраты близких мне людей. Несмотря на то, что Даша была призраком, я все равно считал ее частью этого мира, пусть не человеком, но за короткое время мы не то что бы сдружились, а стали почти родными. Одна часть меня чувствовала, что скоро Архангел узнает, что я остался жив, и он в любом случае найдет меня, и мне больше не повезет. Самое ужасное, что перед ним я был совершенно беспомощен, он мог играть мною, а мне оставалось лишь подлое бегство.
Самые плотные и наглые фантазии мрака рисовали чудовищную атмосферу, воцарившуюся в комнате. Пахло воском. Языки пламени свечей беспокойно метались, хотя было совершенно безветренно. Все сохраняли гробовое молчание. Я не мог больше продолжать. Мне было больно.
- Страшная новость настигла нас со спины, - начал Падший.- В вечерних новостях мы узнали, что лишились самого ценного и святого. Архангел безжалостно убил наших родителей, разрисовав всю квартиру древними письменами проклятий. Они были написаны их кровью…
- Я побежал домой. Сшибая все на своем пути. Квартира была опечатана, но меня это не остановило. Липкие объятия ужаса парализовали все мое тело. Это был не просто страх. Меня всего трясло. Мертвые тела увезли в морг, но то, во что превратилась квартира, высасывало сознание и душу. После я очень много времени провел в обнимку с унитазом и умывальником. Не хотелось ничего. Ни есть, ни пить, ни думать, ни дышать. Я долго содрогался в судорогах и корчился на полу, чувствуя лишь прохладу кафельной плитки на полу и стенах. Я не помню, сколько времени я так пролежал в полнейшей темноте. Мне было страшно выйти за пределы этой комнаты. Мне мерещились их лица, слышались их голоса. Совершенно все вокруг сводило с ума и давило воспоминаниями. Я вспомнил, как я ушел. Не попрощавшись с отцом, подавив своей волей мать. Я лежал и шептал клятву мести. Не зная кому, но я давал обещание, обет мести. Неважны были способы, важна лишь цель. Она то меня и привела в движение. Очнувшись, я был решительнее. Услышав внизу шорохи и разговоры, я понял, что это приехали родственники на похороны и вместе с участковым идут снимать печать с квартиры. Настороженные голоса и тихие вскрики. Скрежет замочной скважины. Когда они вошли, то увидели лишь распахнутое настежь окно. Я вновь бежал. Я должен был попрощаться. Я должен был объясниться и все рассказать. Не сложно было предугадать, где пройдут похороны…
* * *
Исповедь. Скорее самому себе, нежели кому еще. Я стоял над их могилами, и просто плакал. Слова срывались с уст и утопали в темноте. Для меня жизнь была полностью закончена. Как, для чего, зачем? Я ничего не знал. Я хотел умереть, но не мог. И это убивало еще сильнее.
Я смотрел, как синело от холода все мое тело, но я этого совершенно не чувствовал. Пронзающий ветер говорил со мною, пел какие-то песни, рассказывал элегии… А я просто лежал на холодном снегу и внимательно слушал… На небе зажигались новые звезды, которые быстро смазывались солеными слезами, застывающими и превращающимися в лед на моем лице. Меня укрывала зимняя ночь. Мое сердце, ослепленное вьюгой, засыпало.
Тяжелевшие веки закрывались. Я не сопротивлялся. Все терялось. Этот огромный мир, настолько жалкий, просто утонул в моих мыслях.
* * *
Меня разбудил запах сушеных трав. Не открывая глаз, я ощутил тепло. Через несколько минут стало понятно, что лежу в теплой постели, укрытый пледом. Легкие порхающие шаги уверенно ступали по комнате. Открыв глаза, я с трудом осмотрел помещение, в котором я находился. Каждое движение отдавалось болью во всем теле. Это была старинная прочная изба, главным достоянием которой, несомненно, являлась огромная русская печь. Под потолком висели различные травы, огромная люстра с сотней свечей, довольно ярко излучавшая свет по всему пространству. Сбоку различил дубовую дверь, куда она вела, я не знал, но чувствовал, что за ней маленькое помещение с одеждой и старым ненужным барахлом, возможно чулан, и выход на улицу.
Молодая девушка суетившаяся над столом была почему-то знакома. Правда, я видел только ее спину, но все равно эти черты тела были узнаваемы. Она готовила ужин на двух персон. Если честно, то я ожидал увидеть старую добрую бабку или добротного старичка. Я не понимал, как я здесь оказался, и издал до боли изъезженную фразу:
-Где я?
Девушка обернулась. Моя голова резко налилась свинцом. Я узнал ее. Все тело пронзила ненависть и боль.
- Ты?! – выкрикнул я и рывком встал с кровати. И тот час пожалел об этом, боль во всем теле подкосила мои колени, и я обрушился на пол.
- Я же говорила тебе, что сама найду тебя, когда сочту нужным. Время пришло.
- Ненавижу!!! – выкрикнул я, и, собрав все свои силы, попытался встать.
