И тут я услышал громкий хлопок – выстрел? Напуганные птицы с криком вспорхнули в небо. Вдалеке донёсся собачий вой: низкий, протяжный, не предвещающий ничего хорошего.
– А вот это уже проблема, – хмуро бросил он.
– Что это?
Раздался ещё один хлопок откуда-то из глубины двора, где теснились старые приземистые дома, больше похожие на сараи.
– Мы тут не одни. Нужно уходить. – Скэриэл схватил меня за локоть. – Уходим, Готи.
Точно выстрелы.
– Кому-то нужно помочь. Вдруг человек умирает?
– Это слишком опасно. Я не позволю тебе…
И тут раздались низкий смех и крики.
– Чёрт, – выругался Скэриэл себе под нос.
– Да всё путём, – расплывчато ответил я, вскользь наблюдая за тем, как Вэл неодобрительно смотрит на меня поверх толстых очков.
У неё дальнозоркость, она часто щурилась, но надевала очки только в крайнем случае. Зрение её стабильно подводило, пока полгода назад я не сказал, что пора задуматься об очках. Она сначала восприняла моё предложение с неприязнью, но вскоре решилась на покупку. Помню тот день, когда Вэл впервые примерила очки и смогла без проблем прочитать сообщение в телефоне. Одно из приятных воспоминаний, гревших душу.
Но сейчас мы оба были не в настроении. Я сконфуженно улыбнулся Вэл, но она оставила улыбку без внимания. С раздражением сняла очки, прикусила заушник и осмотрела меня с головы до ног; делала она это нечасто, но, если окидывала меня внимательным взглядом, её явно что-то беспокоило. Я торопливо сделал пару маленьких глотков кофе из пластикового стаканчика – просто чтобы чем-то отвлечь себя. Кофе здесь был отвратительный, но кто я такой, чтобы возмущаться, когда угощают.
Мы немного помолчали. В это время суток в «Глубокой яме», как и всегда, было относительно тихо, и никто не мог помешать нашему разговору. Она, видимо, ждала, что я что-то ещё добавлю после своего «всё путём», но нет, я больше не проронил ни слова, позволив ей сделать собственные выводы.
Шумно вздохнув, Вэл недовольно проговорила, словно отчитывая меня, как строгая мать непослушного сына:
– Скэриэл опять влез во что-то опасное и тебя за компанию прихватил. – Это даже был не вопрос, а утверждение. Она хорошо его знала, насколько вообще можно хорошо знать Скэриэла. Судя по всему, с выводами Вэл не ошиблась.
– Нет, ничего подобного. – Я поставил стаканчик с кофе на стойку.
Конечно, Вэл не поверила, но вдаваться в подробности наших общих с ним дел не спешила. Она убрала очки в потрёпанный футляр, сложила руки на своей большой груди и произнесла:
– А чего мешки под глазами? Ночью, что ли, работаешь?
Я достал из кармана куртки маленький справочник ПДД.
– Скоро сдаю на права, учу всё время. Но я вообще-то сюда на машине Эдварда приехал. Вот параллельную парковку осваиваю.
– Правда? – Она ловким движением выхватила справочник, чудом не задев мой кофе. – Сдашь на права, а не купишь, как остальные? – И показала большой палец вверх. – Я всегда знала, что ты не такой, как другие низшие. Ты слишком умён. – И тише продолжила: – Мне сорок шесть, я многое повидала в Запретных землях, но ты, – не глядя на меня, она листала страницы, щурилась, то отодвигала текст, то приближала, но без очков ничего не могла прочитать, – ты далеко пойдёшь. Помяни моё слово. Учись, учись.
Показалось, что она чуть было не добавила «сынок». Моих родителей давно нет в живых. Я старался не вспоминать об этом. «Учись, сынок» – так могла сказать мама. Ей бы понравилось, что я хожу в автошколу. А «дружба» со Скэриэлом, уверен, наоборот, огорчила бы. Зуб даю, её бы многое из моей жизни огорчило.
Дружба. Я прокрутил это слово в голове не один раз. Слишком приятное слово для описания тех отношений, что нас со Скэриэлом связывали. Кто мы друг другу? Напарники? Соучастники? Соратники? Иногда мы делим с ним одну кровать и одни вещи. У нас общее дело и клятва на крови. В детстве мы жили в одном интернате, знаем Ноэля. Нас объединяет так много, и в то же время я иногда чувствую себя чужаком в его доме.
Вэл продолжала нахваливать меня, так что стало совсем неловко. «Это всё Скэриэл, – порывался ответить я, – он меня заставил ходить в автошколу, сам бы я до такого не додумался». Вэл всегда относилась ко мне хорошо, но этих добрых слов я попросту не заслуживал.
Скэриэл хотел, чтобы я попытался всё сдать сам. Иногда он слишком много на себя брал. В том числе и те надежды, что возлагал на меня.
– Уверен, ты справишься, – улыбнулся Скэриэл, протягивая буклет автошколы, находившейся у границы с Центральным районом. Помнится, он говорил, что мне пора сесть за руль.
Это произошло неделю назад. Ничто не предвещало беды, а потом внезапно появился Скэриэл и с воодушевлением рассказал о том, что я могу получить водительские права.
– Мы их не купим, – уточнил он, хотя о каких «нас» речь? Я не мог позволить себе такие дорогие покупки. На это был способен только Скэриэл. Но всё же мне понравилось, что он не разделял нас в финансовом плане. – Ты сам получишь водительские права, сдав экзамены.
