— Со мной все просто. — Пожимая плечами, ответил Хазаэль. — В начале я любил девушку, что должна была стать моей женой. И поэтому мне были не нужны другие, а после… у меня не было на это времени. А что до ауры и запаха невинности некоего небезызвестного тебе Императора, от их влияния меня защищает магический барьер. На это тратится довольно много сил, но зато я уверен, что сохраню разум, даже если он или кто-то подобный потеряет контроль, — сказал эльф, получив при этом осуждающий взгляд от Айроса.
После чего тот глянул на меня, закусил губу и потянулся за чайником с корлинтусом, налил в чашку и чуть пригубил, явно давая себе время подобрать правильные слова для ответа. — Я — человек. И ни одно из известных заклинаний не найдет в моей крови примеси иных рас, но с рождения… у меня есть аура, располагающая ко мне Разумных. Она и еще некоторые особенности моего тела, которые я приобрел позднее, защищают меня… Мне нравится его, да и твой запах, я вполне могу их различать, но и только. Кроме своего существования они никак на меня не влияют. — Произнес Айрос. — Что до другой части вопроса. Да у меня никогда не было любовниц, с которыми я бы делил постель. Но невинность… скажем так, у этой … особенности есть свои… преимущества и недостатки. И, хотя, мое тело сохраняет характерный запах, я далеко не невинен. Приведу пример, чтобы было понятнее. Скажем, если надеть изменяющий артефакт на женщину, сделав ее мужчиной, и дать ей разделить постель с другой женщиной. То, сняв артефакт, она все еще будет невинна, как женщина. И в случае повторного надевания артефакта, как мужчина. В отличие от той женщины, с которой она разделит постель, ее невинность будет утрачена навсегда. А возможно, также и то, что она обретет под сердцем дитя. — С извиняющейся улыбкой закончил он, отхлебнув корлинтус.
— Эх, а я-то надеялась вас друг с другом свести и не мучиться больше. — Я хихикнула. Хазаэль поперхнулся вином, а Айрос покачал головой. — Это шутка, если что. Просто, если вдруг заметите, что я буду немножко от вас шарахаться, не обращайте внимания, не хочу оказаться… искусственно очарованной.
В ответ жрец уже привычно для меня закусил губу и спрятал глазки, а Хазаэль хихикнул и протянул мне бутылку с молоком, которун тут же заворочался, учуяв вкусняшку.
— Это не все. — С легким смущением, вновь заговорил Айрос. — У невинности есть еще одна особенность из-за которой маги не спешат ее лишаться. Она дает нам силу в момент своего исчезновения, конечно, для этого нужно сначала пробудить собственный Исток. Впрочем, с высокой вероятностью искра уже будет внутри кристалла, так как перейдет в тело, вместе с проникновением партнера. В зависимости от разницы пределов между невинным магом и тем, кому он решил эту невинность подарить, огранка кристалла может быть усилена многократно без риска для мага, но… это возможно лишь единожды.
— Чем дальше в лес, тем толще партизаны… — После некоторого ступора выдала я. — То есть Лиария рассчитывала найти кого-то сильного, чтобы еще больше усилить свой Исток, поэтому мне досталась не порченная тушка. Тогда чем ей Зарекс не понравился? Ах, да, он — темный. — Я говорила это скорее себе или которуну, который игрался с бутылкой, передними лапами притягивал к себе, а задними пинал.
— Не думаю, что дело в этом. Когда Исток пробужден, то не важно Крайтлисом или Лисмонсом будет партнер, скорее всего проблема была в совместимости их кристаллов. Думаю, Дева Льда просто боялась возможного резонанса и того, к чему он приведет. Зарекс очень красив, а имея еще и связь кристаллов. Лиария бы не смогла отказаться от него. Что для нее означало бы предательство Лисмонсов и того во что она верила. Хотя, зная Зарекса, даже, если бы она сама попросила, его о подобном… он бы отказал.
— Хм… Странная девушка, но ладно, бог с ней. — Пожала плечами, не понимая и не разделяя подобную логику.
— Сателис всегда присматривает за всеми нами. — С кивком и теплой улыбкой подтвердил Айрос. — Возможно, именно поэтому кулон сохранил свою целостность.
Теперь настала моя очередь смущаться и прятать глаза, ведь я имела ввиду совсем другое. От неуклюжих попыток вновь завести разговор меня спас хлопок от столкновения бамбуковой шторки с очередной ящеркой. Серая животина в мгновение ока устроилась на столе возле Айроса. Который докоснулся до кольца на ее лапе и снял его.
— Как ты это сделал? Это ящерица Старейшины, — с крайней степенью удивления в голосе поинтересовался Хазаэль.
— Я действующий хранитель Храма Тайн. Мне доступна для прочтения любая переписка, — с привычной улыбкой ответил Айрос, развернул документ и углубился в чтение, а ящерка медленно истаяла в воздухе. Когда он закончил читать, отложил свиток и сказал, — ничего интересного или важного в нем нет. Хотя должен отдать вашей Старейшине должное. Так рассыпаться в извинениях и комплиментах, не способны даже все мои дворяне вместе взятые.
— А зачем нужны Старейшины, это типа советников? — Решила уточнить непонятный термин.
