«Ты всегда была очень умной девочкой», констатировал Гарри.
«А вот ты всегда был…», начала говорить Гермиона, но прежде, чем она смогла закончить, Рон окликнул их из дверей класса и они были вынуждены помчатся наперегонки на урок.
Позже вечером, Гарри не мог не заметить с большим удовольствием, как пальцы Гермионы сжимали бумажную открытку, которую он подарил ей. Это было точно так же, как когда-то она сжимала письма от того маггла из Лондона.
Он последовал за Гермионой вниз по пустынному коридору, часто оглядываясь назад, чтобы удостовериться, что миссис Норрис не шпионила за ними. На всякий случай Гарри прихватил с собой плащ-невидимку.
Дойдя до нужной комнаты, Гермиона отворила дверь с помощью волшебной палочки, и когда они вошли внутрь, она снова заперла ее, хотя это было абсолютно бессмысленно здесь в Хогвартсе.
«Я хотела сделать кое-что здесь и потратила столько времени, что в результате вообще не прикоснулась к домашнему заданию», произнесла Гермиона разочарованным голосом.
Она взмахнула палочкой, и в воздухе появилось мерцание, а комната заиграла розовыми и желтыми оттенками. Это была обычная пустая комната в замке, немного сырая и пыльная от того, что не использовалась долгое время. Комната была заполнена гипсовыми статуями в человеческий рост, а на стенах было развешано огромное количество картин с изображением природы.
Гарри оглядел комнату внимательнее и заметил, что Гермиона запаслась заранее несколькими подушками и одеялам, которые аккуратной стопочкой лежали на полу.
Он ласково прикоснулся к волосам Гермионы и понял, что его руки трясутся так, как будто они никогда не делали этого прежде. Вообще — то он тоже готовился к этому вечеру, хотя и другим способом. Он потратил полдня, закрывшись занавесками на своей кровати, и читая книгу, которую она ему оставила. Вообще-то он читал ее уже целый месяц и очень хотел, чтобы сегодня она тоже наслаждалась этим также, как и он.
Только сейчас Гарри пытался собрать все почерпнутые сведения из книги воедино и волновался снова показаться неуклюжим идиотом.
Он нервно оглядел ее фигуру, после чего подошел ближе и притянул Гермиону к себе. Их тела прижались друг к другу и Гарри начал двигать свои руки под ее свитер, готовясь снять его через голову.
«На сей раз, мы можем делать это медленнее?», прошептала Гермиона, и Гарри сглотнул с трудом, не уверенный, как он сможет удовлетворить ее просьбу. Первый раз, когда он не знал, что и как делать и поэтому не контролировал себя вообще. Второй раз они сделали это в кромешной тьме, поэтому он тоже не мог осмыслить, что и как делать. На сей раз, он хотел, чтобы все было по — другому, чтобы все было так, как хочет она.
«Хорошо», ответил он и вытянул руки из свитера и переместив их на ее бедра. Они постояли так некоторое время, и ни один из них не произнес ни слова. Гермиона подняла свою голову, и ее глаза встретились с его взглядом.
«Гарри?»
«Да?»
«Не так, это чересчур медленно», сказала она, и он облегченно улыбнулся.
Его руки вернулись под ее свитер, стаскивая его с ее головы. Гарри взглянул вниз на ее грудь и слегка провел ладонью по белому атласному лифчику. Он обернул свои руки вокруг и после нескольких неудавшихся попыток, наконец, сумел расстегнуть застежку. Она сбросила этот предмет белья с плеч, разрешив белоснежной вещи упасть на пол.
После растянутого момента восхищения, взгляд Гарри вернулся на ее лицо и он заметил, что Гермиона улыбается ему.
«Что?», спросил он.
«Ты», сказала она, прижимаясь к нему
«Что я?», повторил Гарри
«Ты как будто бы впервые увидел мою грудь», объяснила она.
Холодный порыв воздуха прибыл, по-видимому, никуда, и она задрожала. Гарри прикоснулся кончиком пальца к соску одной из ее грудей и почувствовал, как он затвердел от его прикосновения.
«Просто у тебя очень красивая грудь», пояснил он свой восторг и опустился перед ней на колени. Гарри вздохнул, потому что она провела своими пальцами через его волосы, играющие с непослушными вихрами.
«Ты знаешь, что я люблю тебя?», спросила она, и ее голос был столь мягок, что это Гарри удивился, узнав, что она может говорить таким нежным тоном. «Я знаю, что любила тебя в течение долгого времени как лучшего друга, но теперь я думаю, что люблю тебя больше, чем когда-либо могла себе представить!»
Ее слова заставили его сердце затрепетать и забиться так гулко, что этот звук, наверное, отзывался эхом в пустой комнате. Она тоже опустилась перед ним на колени, и блеск в ее глазах сказал ему, что слова были истинны.
«Я тоже люблю тебя!», пылко произнес Гарри и обнял Гермиону, притягивая в поцелуй. Лишь один момент они были в отчаянии, пытаясь прикоснуться друг к другу ближе, но сладкий поцелуй принес долгожданное облегчение. Теперь они уже были не лучшими друзьями, а возлюбленными, которые собирались провести прекрасную ночь в этой волшебной комнате.
