Раздраженный Рон вернулся к еде, тогда как Гарри и Гермиона продолжали смотреть друг на друга, не притрагиваясь к пище. Словно очнувшись, Гермиона, так и не позавтракав, собрала свои книги и оставила Рона и Гарри за столом. Гарри быстро придумал какое-то оправдание для Рона и помчался следом за ней.
«Что это было?», спросил Гарри, догнав Гермиону в коридоре.
«О чем ты? Ты начал историю о Рождественском подарке. Что же я должна была продолжить?», спросила она, а Гарри мотнул головой.
«Ладно. Лучше скажи, что мы купим ему? Ты знаешь, что это означает, что мы должны пробыть в Хогсмиде намного дольше, чтобы выбрать подарок, который его действительно удивит. Похоже, что планы немного меняются….», сказал Гарри, и Гермиона выглядела довольно озадаченной этой проблемой.
«Мы скажем Рону, что должны пойти в какой-нибудь магазин вместе. Одни. Он подумает, что это из-за него и не будет возражать», сказала Гермиона. «Я пробуду в Хогсмиде недолго и вернусь сюда, чтобы подготовиться, а тебе придется напрячь фантазию и выбрать Рону в «Зонко» что-нибудь поинтересней»
«Подготовится? К чему тебе нужно специально готовиться?», спросил он, и Гермиона вздохнула.
Она прекратила идти, и он тоже встал рядом. Она надула губы, и это не было тем, к чему привык Гарри. Было такое ощущение, что Гермиона ожидала, что он просто обязан догадаться. Как будто они были не приятели, а... друг и подруга.
«Ни к чему! Мне не нужно ни к чему готовиться!» нервно сказала она, быстро заменяя кокетливый вид нормальным выражением. «Это ведь быстрая процедура, не так ли?»
«Я предполагаю, что так», сказал Гарри, внутренне надеясь, что, возможно, это может быть или должно быть длиннее и больше. «Все будет быстро. Только затем, чтобы понять, на что это походит».
«Да, это — единственная причина», согласилась Гермиона, пристально вглядываясь в него.
Гарри нашел весьма странным, что не было никакого упоминания о поцелуе. За прошедшую неделю они ни разу не говорили о нем. Неужели он так и останется единственным? Или, может быть, он еще повториться, когда они….?
Она еще собирается делать ЭТО с Гарри, так что вряд ли будет возражать против поцелуев. Особенно теперь, когда что-то изменилось. Возможно, изменилось даже весьма основательно. Интересно, догадывается ли Гермиона о его, не относящихся к ЭТОМУ, чувствах к ней?
« Мы сейчас опоздаем!»
Гарри понял, что они стоят в пустом коридоре, и остальная часть студентов уже находится в классных комнатах. Гермиона повторила ему снова, что они опоздают, после чего схватила его за руку и потянула за собой в класс Трансфигурации.
Так или иначе, Гарри продолжал находить новые причины, чтобы встретить Гермиону в комнате отдыха в середине ночи. Они обычно заканчивали целоваться и дурачиться на самом большом диване перед пылающим камином почти перед рассветом, благодарные, что они никогда не были пойманы кем-нибудь из товарищей по курсу. Никто никогда не замечал ничего необычного в том, что Гермиона оставалась в гостиной допоздна, так как все, вероятно, предполагали, что она усердно занималась, как и обычно. Если кто-то и замечал, что Гарри выходит из спальной комнаты в середине ночи, то тоже ни о чем не спрашивал.
Этой ночью они снова находились в объятиях друг друга, но сегодня Гермиона решилась пойти немного дальше и уселась на колени Гарри, тесно прижимаясь к нему. Его руки блуждали вокруг, перемещаясь поверх выпуклостей ее грудей, и она, казалось, не возражала. На самом деле, он мог поклясться, что она приближалась еще ближе, и он знал, что она осознает, что возбуждает его этим, но…. тем не менее, она настаивала, чтобы они придерживались первоначального плана.
Проблема была в том, что Гарри ощущал жгучую ревность, как только вспоминал некоторые аспекты плана. Особенно ту часть плана, которая предполагала возвращение Гермионы домой к ее возлюбленному другу на все рождественские каникулы. Эта ситуация сводила его с ума. Она была в его руках каждую ночь и скоро будет в его кровати, но он также знал, что она все еще обсуждала того маггла с Джинни. По крайней мере, она была достаточно любезна и вежлива, чтобы не упоминать его имя перед Гарри.
Возможно, все было из-за того, что он никогда не был так физически близко ни к кому в своей жизни или, по крайней мере, в той жизни, которую он мог помнить. Никто когда-либо не трогал его в домашнем хозяйстве Дурслей, если это не был Дадли, бьющий его. Была девочка в начальной школе, которая однажды держала его руку, но на следующий день она обратила внимание на старшего мальчика. Слишком много лет прошло с тех пор, и теперь он жаждал этого чувства, но ему не было безразлично, кто будет этой девушкой. Он жаждал этого от Гермионы, которая всегда была для него ближе всех девушек и это была проблема. Как долго она еще будет с ним? Она не нуждалась в ЭТОМ так, как он. У нее есть другой парень, который влюблен в нее.
