– Или не пытались найти? – внутренне холодея, спросила журналистка. Ведь, действительно, на первый взгляд всё было предельно ясно: парень в припадке ревности до смерти избил, а потом и убил свою девушку, других подозреваемых нет. Стоит ли тогда напрягаться, разыскивая мифических очевидцев присутствия некоего человека в нужном месте в нужное время, когда можно спокойно ограничиться имеющимися, пусть и косвенными, уликами и по-быстрому закрыть дело?
– Вы на что намекаете, дамочка? – зло сузив глаза, спросил сыщик. – Хотите сказать, я плохо делаю свою работу?
– Я всего лишь…
– Знаете что? – перебил её Чени, резко наклоняясь вперёд и облокачиваясь на стол. От его движения стаканчик с кофе покачнулся, выплёскивая на лежащие под ним бумаги своё содержимое, но мужчина этого не заметил. Он неотрывно смотрел на неё своими чёрными, выразительными глазами, в которых плескалась такая ненависть, что Люси невольно отодвинулась от него, вжавшись в спинку стула. – Шли бы вы отсюда и не вмешивались в то, в чём ни чёрта не смыслите. Думаете, если пару раз пообщались с насильниками и убийцами, теперь можете указывать мне, что и как я должен делать? Сидите там в своей студии, рассуждаете на высокие темы, все такие… чистенькие… – детектив буквально выплюнул последнее слово ей в лицо. От его полного презрения взгляда девушке стало так неловко, будто это она сейчас сидела перед ним в мятой, явно нуждающейся в стирке одежде, с как минимум трёхдневной щетиной на впалых щеках, источая от себя запах перегара и табака. – А потом приходите сюда, этакая фифа из благополучной семьи, благополучной жизни, и начинаете читать нравоучения. Что вы вообще знаете о настоящей жизни? Самое большое страдание, которое вам выпадает на долю – это сломанный ноготь и стрелка на колготках. Настоящую смерть и грязь никогда и в глаза не видели.
Люси уже не слушала, что говорил ей этот человек. В висках противно стучало, заглушая его полный яда голос, ладони похолодели, как бывало, когда она сильно нервничала. Ничего не знает о смерти? Благополучная жизнь? Тело само рвануло к тому, кто кидал ей столь необоснованные обвинения. Девушка, вскочив с места, резко наклонилась над столом, едва не столкнувшись с детективом лбами:
– Кто вам дал право так со мной разговаривать? Вы ничего обо мне не знаете! – она почти прокричала эти слова и бросилась к выходу из полицейского участка, не обращая внимания на изумлённые взгляды коллег своего недавнего собеседника и его злобное шипение за спиной.
Ей хотелось как можно быстрее уехать отсюда, но руки дрожали так, что завести машину удалось лишь с третьей попытки. Она ехала, почти не разбирая дороги, и только чудом не попала в аварию на перекрёстке. Водитель небольшого фургона, с которым едва не столкнулась её машина, минут десять громко кричал на всю улицу об умственных способностях блондинок, не известно как получающих права. Люси молча выслушала эту тираду, полностью признавая его правоту, тихо пробормотала: «Извините!» и съехала к обочине. Надо было успокоиться и подумать.
Итак, что ей удалось узнать? Управляющий магазина – стареющий ловелас и бабник, лапающий своих сотрудниц и запугавший их до такой степени, что ни одна из них не рассказала полиции правду. Да, Эльзе будет где развернуться, она уж точно не пройдёт мимо подобного. Господина Вакабу Мине ждут тяжёлые времена.
Теперь детектив Роуг Чени. Весьма неприятный и неопрятный тип. Девушку передёрнуло: встречаясь на студии чуть ли не каждый день с Джетом, она и подумать не могла, что на свете бывают и менее симпатичные люди. Пожалуй, теперь её мнение о вышеупомянутом сотруднике если и не станет лучше, то, по крайней мере, она постарается относиться к нему терпимее. Ну, ладно, это всё лирика, а что на счёт полученной от полицейского информации? Здесь тоже было не густо. Скорее всего, её подозрения по поводу желания одного служителя порядка побыстрее закончить с делом всё же имели под собой некие основания, иначе почему бы он так взъелся на неё? Не потому ведь, что она так некстати прервала его сладкий сон? Если отбросить показания свидетелей и результаты экспертиз, единственное, что вызывает вопросы – алиби подозреваемого. Вернее, его недоказанность. Почему его не подтвердили? Не смогли это сделать или не захотели тратить на поиски очевидцев время? Люси полистала свою записную книжку. Двух человек из тех, чьи имена она выписала из дела Драгнила, журналистка уже успела навестить и, как оказалось, практически безрезультатно. Оставалось надеяться, что последняя встреча всё же сможет пролить хоть какой-то свет на это дело.
Кафе «Синий пегас», в котором работала Миражанна Штраус, сестра Лисанны, было почти пустым, если не считать двух молодых людей за столиком в углу и платиновой блондинки за стойкой. Как только журналистка подошла к бару, та повернулась к ней, мило улыбнулась и сказала:
– Доброе утро. Что желаете? Кофе? Или полноценный завтрак?
– Нет, спасибо, – чуть качнула головой Люси. – Я бы хотела поговорить с мисс Штраус.
– Это я, – ответила девушка.
