Однако сейчас главным препятствием для настоящего романа, как всегда, является то, что творится в голове Рэя Леннокса.
– Рэй! Ты подумал о том, что мы обсуждали? Про то, как поэкспериментировать в постели? – спрашивает Кармел, и ласковые круговые движения ее указательного пальца по его груди внезапно превращаются в настойчивые царапания ноготком.
– А что конкретно? Мы же обсуждали
– Ну, типа, свингинг.
– Да, я в деле. Само собой – конечно, смотря о ком мы говорим.
– Анджела этим увлекается. Она тебе нравится?
– Мне ты нравишься.
– Это, разумеется, правильный, в высшей степени политкорректный ответ, и я безусловно его приветствую, – весело отвечает она, откидывая волосы с глаз и пристально глядя на него. – Но ты бы не отказался?
– Ну, я же сказал, что я в деле, – ухмыляется Леннокс. – Мы же, эта, как его, команда!
– Ее бойфренда, вероятно, придется немного поуламывать. Хорошо, что мне нравятся мужики в возрасте!
У Леннокса перехватывает дыхание.
– А кто он?
– Тот мужик, с которым я разговаривала. Мэт. Бизнесмен, про которого ты спрашивал, Мэтью Кардингуорт.
Эти слова доносятся до Рэя Леннокса как-то приглушенно, как будто он находится под водой.
– Рэй? Эй, Рэй! – Голос Кармел доносится как будто издалека, но настойчиво, становясь все громче.
– Чего?..
– Я говорю, мне с ними тогда связаться? Можно договориться на завтра или воскресенье.
Леннокс медленно выдыхает и смотрит на нее.
– Я в эти выходные не могу, надо ехать на ту вечеринку, проводы в Эдинбурге.
Она смотрит на него озадаченно.
– Ты же вроде не хотел ехать.
– Знаю, так и есть, но я так долго работал вместе с этим парнем в отделе тяжких. Мне надо будет успеть на вечерний рейс. Как-то неудобно отказываться.
– Ну да, конечно, – говорит Кармел. – Когда вернешься, что-нибудь организуем. Анджеле надо будет время, чтобы подготовить Мэта!
Леннокс не знает, что сказать. Он и на следующий день чувствует себя ошеломленным и растерянным, даже не обращая внимания на огромный счет, который ему приходится заплатить за вино и коктейли в "Айви", где Джордж решил себе ни в чем не отказывать. После обеда он с облегчением покидает Брайтон, чтобы улететь в Эдинбург.
Скромный выход на пенсию
Эта мысль еще больше подавляет и без того потрясенного Леннокса, и он чувствует, как в голове у него разливается алкогольный дурман, во рту пересыхает, а живот схватывает, пока ревут реактивные двигатели и самолет набирает высоту, прижимая его к сиденью. Грусть и сожаление пронзают его до глубины души. В таком настроении он отправляется поздним субботним рейсом в Эдинбург на вечеринку по случаю выхода на пенсию сержанта уголовной полиции Дугласа Гиллмана. Когда раздается сигнал, что можно отстегнуть ремни, и он видит приближающуюся стюардессу, он думает о своем нынешнем психотерапевте, невозмутимой Элейн Родман. Вспоминает, когда в последний раз с ней виделся.
При этой мысли он громко и безумно хохочет, дергая плечами. Сам осознает это только тогда, когда стюардесса трясет его за плечо.
– Сэр, с вами все в порядке?
– Да, извините, я тут немного увлекся, – он натянуто улыбается ей, кивая взволнованным пассажирам, сидящим неподалеку. К его удивлению, на откидном столике стоит миниатюрная пластиковая бутылка красного вина со стаканчиком. После выпивки за обедом с Джорджем у него и так шумит в голове, и он не помнит, как заказывал вино, но расплачивается кредитной карточкой, открывает его, наливает в стаканчик и подносит ко рту. Он делает один-единственный глоток, уже понимая, что это еще больше ослабит его и снова разворошит вроде бы притихшее осиное гнездо мыслей в голове. Опускает вино обратно на столик и решает не продолжать, заказывая вместо него кофе.
