Денис прожил у нас с неделю, потом добровольно отправился в военкомат и по осени ушёл в армию. Весной вернулся Андрей, возмужал, окреп, стал серьёзней. Пару недель они с Лёхой языки только и чесало об армии, я как служивший поддерживал разговор и был счастлив. Андрюхе шёл двадцатый год и вопроса о его обучении уже не поднималось. Он был слишком стар и опытен, чтобы прямо сейчас сесть за парту. К тому же его старший, как и было обещано, не бросил брата в беде, а подтянул на работу. Вместе они работали до осени, пока не вернулся Денис. Мы не знали, что это за человек, что он пережил, где он был, как отслужил. Естественно, он писал нам письма, мол, всё хорошо, пара банальных фраз. По возвращению ему надо что-то делать. Он забрал документы из института и ушёл в армию, попал в ВМФ. Образования у него нет, как он будет себя вести с нами– непонятно, чем будет заниматься, тоже не ясно. Сам Денис за время службы повзрослел, усмирился и построил чёткий план действий на ближайшее время. Оказывается, во время службы он вёл переписку с Саней и Алексеем. Они пообещали не бросить его в беде, Алексей найдёт ему работу по возвращении. Дениса пристроили в кафешку набивать руку, набираться опыта. Он согласился примкнуть к семейному бизнесу и стать частью команды. Но ему нужно многому научиться. Андрюха к тому моменту хорошо проявил себя, и ушёл работать кондитером в пекарню. Пухляша всегда тянуло на булочки и выпечку. Через четыре месяца он уехал к Саньку, живущему в Марселе, обучаться кондитерскому ремеслу. Андрюшка схватывал на лету знания и опыт великих шеф-поваров. Так нам говорил Сашка. Алексея не раз звали за границу, прокачаться, поднять личные навыки. Патриотизм его не знал предела и затуманивал разум, он даже слушать не хотел о дальних странах. Где родился, там и пригодился. К тому же разведчики не выездные десять лет. Лёха добился немалых успехов в нашем городе, шеф Милославич предложил ему должность шефа в новом заведении «Апельсин», и конечно же Алексей пошёл. «Апельсин» было единственное место, где он работал шефом. Сейчас-то он су-шеф, но мы его насильно не держим, если хочешь, можешь идти, слышишь Лёх?
–Да, да слышу Николай Иванович.
