– Мама записала это для Сатико? – Листая страницы, Хисахико не мог оторваться от строчек, выведенных рукой Кимиэ.
– Мясо с картофелем – страница пять.
Услышав это, Хисахико спешно вернулся назад, к пятой странице.
– Городок Курэ на Тоёсиме считается родиной мяса с картофелем. Обычно для приготовления там используют хорошо разваривающийся картофель «Королева Мэй», но ваша мать, госпожа Кимиэ, предпочитала картошку из Акасаки, которую в основном и выращивали на Тоёсиме и в окрестностях. Сорт называется «Дэдзима», и он популярен и по сей день. Лук – с острова Авадзи, а соевый соус – с острова Седо. Дело было почти тридцать лет назад, но ваша мать изо всех сил старалась придерживаться одних и тех же ингредиентов, иначе вы бы не стали это есть. Похоже, она вас очень любила.
– Здесь еще написано яматони… – пробормотал Хисахико, не отрываясь от тетради.
– Все верно. Это консервы из говядины, жаренной в соевом соусе с сахаром и имбирем. Там дальше есть объяснение – тогда поставки продуктов на Тоёсиму были нестабильные, так что найти хорошую говядину в магазине было практически невозможно. Вы не любили слишком жирное мясо, поэтому она использовала консервы – каждый раз они гарантированно были одинакового качества. И кроме того, поскольку ваши родители держали склады, доставать эти консервы для них было относительно просто.
Нагарэ поставил на стол консервную банку.
– Это слово – яматони – часто мелькало в разговорах ваших родителей. А вы, услышав его, наверное, всякий раз представляли себе что-то, связанное с горами[128]. Вряд ли в детстве вам были известны такие сложные слова. – Нагарэ указал пальцем на наклейку, где значилось название продукта.
– Так вот откуда горы! – Хисахико подпер ладонями щеки.
– А тот красноватый цвет, который сохранился в ваших воспоминаниях, это морковь. Вы в детстве ее не очень любили, поэтому ваша мать хорошенько измельчала и вываривала ее. Но когда обязанности по готовке легли на госпожу Сатико, вы уже стали есть морковь и крупными кусочками. Поэтому цвет и изменился. Теперь дальше – о том случае с двумя кастрюльками. В одной из них мяса не было – это все из-за консервов. Они ведь уже готовые, и с приправами, так что их добавляют непосредственно перед едой. К тому же в них практически нет жира, так что если переварить, мясо может стать жестким.
– А теперь я, наоборот, полюбил мраморную говядину… – Хисахико взял банку в руки.
– В хорошем мясе жир только добавляет к вкусу, в плохом – окончательно все портит. Да и, кроме того, с возрастом вкусы меняются. Так или иначе, госпожа Сатико старательно следовала указаниям вашей матери. Она настоящий человек долга!
Нагарэ осторожно положил перед Хисахико еще одну фотографию. На ней была изображена Сатико, стоявшая на пороге своего домика.
– Выглядит такой маленькой… – Глаза Хисахико вдруг увлажнились.
– Еще хочу обратить ваше внимание на то, что почерк в разделах о маринованной капусте и мисо-супе с яйцом отличается от остального текста. Думаю, это записывала уже сама госпожа Сатико.
Нагарэ подлил Хисахико еще чаю.
– До сих пор не могу поверить, что эта тетрадь все это время была у нее. – Хисахико закрыл тетрадь и медленно погладил обложку.
– Получается, что вы все время ели одно и то же мясо с картофелем. Просто от вашей матери рецепт перешел мачехе.
– Значит, Сатико добавляла те консервы только в мою порцию? – Переведя взгляд на потолок, Хисахико вновь представил себе две кастрюльки с едой.
– Я, правда, не уверен, как отреагируют ценители высокой кухни на подобную статью в популярном женском журнале. Я тут недавно его полистал – должен сказать, что он вполне соответствует вашему респектабельному образу. Консервы – это как-то не слишком изысканно.
Хисахико молча продолжал водить пальцами по обложке тетради.
– Госпожа Сатико очень рада, что вы активно работаете и добились успеха. У нее есть целый альбом с приклеенными вырезками ваших статей. Я так понял, что раз в квартал вы переводите ей крупную сумму денег. Она вам очень за это благодарна. Правда, из этого она так ничего и не потратила – до сих пор все лежит на счете.
– Могла бы ремонт сделать или и вовсе новый дом купить, – грустно улыбнулся Хисахико.
– Госпожа Сатико никогда не забывает о том, что у успеха есть и обратная сторона – лишиться всего можно в одночасье. А она считает своим долгом вернуть вам деньги, если что-то подобное случится. Родной вы ей или нет – она всегда думала о вашем будущем. Вот что значит настоящая мать, – с укором в голосе заметил Нагарэ.
– Спасибо вам за все. Сколько с меня? Включая прошлый раз. – Хисахико повернулся к Коиси.
– Любую сумму на ваше усмотрение переведите, пожалуйста, вот сюда. – Коиси протянула ему листок с номером счета.
– Я могу забрать тетрадь и консервы? – спросил Хисахико у Нагарэ.
– Конечно. Я для вас целых пять банок приготовил, если не тяжело нести будет. – Нагарэ взглянул ему прямо в глаза.
– Положим все в бумажный пакет. – Коиси открыла дверцу книжного шкафа.
– Ну, раз есть в чем нести, тогда все в порядке. – Хисахико быстро закинул все в пакет и прижал его к груди.
