Ревность Данила не была для меня чем-то новым, но вот сейчас он впервые попал в точку, и я не понимала, как вести себя в этой ситуации. Оправдываться? За что? Возможно, мои мысли при общении с боссом были далеки от рабочих, но кроме них, больше меня не за что судить. Я бы не стала изменять и бросаться в новые отношения, не разорвав старые.
– Взаимодействовать?! – Данил резко сел в кровати. – Да он откровенно клеит тебя! А ты… ты ведешься на это!
– Это была рабочая встреча, – спокойно ответила я, хотя внутри все напряглось. – Мы обсуждали бюджет и другие организационные вопросы.
– Рабочая встреча? – фыркнул Данил. – Ты уверена, что только это?
– Что ты хочешь этим сказать? – мой голос стал резче.
– Я просто не понимаю, зачем проводить эту «рабочую встречу» в такое время! – повысил он голос. – Почему нельзя обсудить все днем?
– Потому что он приехал вечером и я была на работе! Мне что, надо было выставить его? Послушай, – я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. – Я не намерена каждый раз терпеть упреки из-за Сташевского. Он мой босс, и мне придется общаться с ним по долгу службы. Если ты каждый раз будешь закатывать скандал, это может плохо кончиться.
– Что значит «плохо кончиться»? – прищурился Данил. – Это угроза?
– Нет, это факт, – твердо сказала я. – Я устала от этих постоянных обвинений. Мне уже проще согласиться со всем, чем пытаться донести правду. Все равно ты меня не слышишь.
Данил замолчал, явно не ожидая такого отпора. Я видела, как он борется с собой, пытаясь подавить вспышку ревности.
– Прости, – наконец выдавил он. – Просто этот Сташевский… Он смотрит на тебя так…
– Как так? – устало спросила я.
– Как будто ты его собственность, – Данил сжал кулаки. – И меня это бесит.
– Увы, но тебе придется что-то делать с этой ревностью, – равнодушно сказала я, потому что после долгого рабочего дня глаза уже слипались. – Я не хочу каждый день возвращаться домой и оправдываться за то, что просто выполняю свою работу! Давай закроем эту тему. Я иду в душ. Спокойной ночи.
Не дожидаясь ответа, я пошла в ванную. Пока я стояла под струями горячей воды, внутри все клокотало от обиды, стыда и злости. Неужели Данил и правда считает, что я могу закрутить роман с боссом? Да, Сташевский привлекательный мужчина, но это ничего не меняет. Я бы не стала заводить отношения за спиной у своей половины.
Хотя, чего греха таить, Ян действительно будоражил мое воображение. Его взгляды, двусмысленные фразы, властная сексуальная энергетика… Рядом с ним я чувствовала себя желанной женщиной, а не просто управляющей рестораном. Но это не значит, что я готова броситься ему на шею! И даже если чисто гипотетически допустить, что такое возможно, я бы вначале нашла в себе силы расстаться с Данилом, чтобы быть честной в первую очередь перед самой собой.
Умывшись и почистив зубы, я вернулась в спальню. Данил уже лежал, отвернувшись к стене. Я молча забралась под одеяло, выключила свет и закрыла глаза. Сон не шел. В голове крутились еще свежие воспоминания о нашем разговоре. Неужели наши отношения с Данилом и правда зашли в тупик? То, что моими мыслями завладел другой, было красноречивым ответом. Пора что-то менять.
Если быть честной с самой собой, я не счастлива и давно не чувствую любви, а если быть честной с Данилом, то сегодня он как никогда имел право на ревность. Обычно мне хватало сил, чтобы образумить его, найти нужные слова, напомнить о доверии, но сегодня мне было стыдно. Будто меня застигли врасплох. Но на чем? На разговоре с начальником? Или поймали на непристойных мыслях о другом мужчине? Где проходит та морально-этическая грань, чтобы можно было наверняка сказать, какие действия считаются изменой? Физический контакт – это измена? Определенно да. А вот ментальный? Ответ будет у каждого свой. Мне хватило смелости ответить себе на этот вопрос и по итогу выходило, что пора ставить точку в отношениях с Данилом.
Но за этим вопросом шел следующий. Неужели я действительно готова поддаться искушению и пойти на поводу у босса?
Нет, я не могу себе этого позволить. Я и так наломала дров больше, чем нужно. И хоть Ян, вопреки моим ожиданиям, повел себя не как полнейший кретин, увидевший грудь, ничего хорошего из этого точно не выйдет. Надо собраться и впредь держать дистанцию со Сташевским. Только работа и ничего личного. Иначе добром это точно не кончится…
Утро началось неожиданно мирно. Проснувшись, я услышала шум на кухне и, потягиваясь, вышла из спальни. Данил стоял у плиты, сосредоточенно переворачивая сырники на сковороде. На столе уже был свежесваренный кофе и фрукты, аккуратно разложенные на тарелке. Я замерла в дверном проеме, наблюдая за ним. Такого Данила я не видела давно – заботливого, чуткого, внимательного.
– Доброе утро, – произнес он, заметив меня. Его голос звучал мягко, почти виновато. – Я подумал, что тебе нужно как следует позавтракать после вчерашнего дня. Ты с утра до ночи была на работе, а я повел себя как кретин. Прости, что нагрубил.