– Да, – мигом стал серьезнее Ян. – Когда я приезжал в «Петроград» перед сделкой, я видел тебя. Лавров очень просил тебя оставить, но на первый взгляд ты показалась мне холодной стервой. Хоть и чертовски привлекательной.
Ян сделал паузу, выразительно глянув на меня, и продолжил:
– Я тогда придумал эту дурацкую проверку на меркантильность – подослал Марию, хотел понять, променяешь ли ты своего шефа на высокий гонорар. И почему-то обрадовался, когда ты отказалась, – он смотрел прямо на меня, и в этот момент его взгляд был таким открытым, уязвимым. – Я ценю верность, хоть в этом вопросе она могла сыграть против меня. Вдруг ты захотела бы уйти вместе с Лавровым…
– Почему ты вообще об этом думал? – спросила я, желая докопаться до истины. Мне было интересно, почему он заподозрил меня в меркантильности. Мы ведь тогда даже не были знакомы.
– Да так, были жизненные уроки, после которых начинаешь во всем сомневаться…
Ян замолчал, и я поняла, что на этом вопросе предел его откровений пока исчерпан. Что ж, будем ждать, когда он сам решит поделиться своим житейским опытом.
– Получается, ты приходил к нам и без Лаврова? – тихо спросила я, меняя тему.
– Да, и не раз, – признался Ян. – Когда покупаешь готовый бизнес, мало сухих цифр из отчетов. Посещая ресторан при текущем собственнике, полную картину не увидишь. Он покажет только то, что мне можно увидеть. Пришлось пошпионить. Мне же нужно было понять, с чем я буду иметь дело в действительности. И с кем…
– И что понял? – спросила я, невольно облизнув пересохшие губы.
– А ты сейчас как трудоголик спрашиваешь или как моя девушка? – ухмыльнулся Ян.
– Второе, – ответила я, расплываясь в довольной улыбке от того, что не приходятся клешнями из него тянуть, кем мы друг другу приходимся. Он сам постоянно дает понять, что между нами.
– Что внешность обманчива. Увидел в тебе не только красоту и острый язычок, но и человечность. Ты переживала за свой коллектив больше, чем за саму себя. Хотя именно тебе и стоило бояться – первыми всегда зачищают руководящий состав. Меня это подкупило, – признался Ян. – Давно хотел предложить. Ульяна, давай аннулируем нашу сделку? Мне кажется, в ней больше нет смысла. Мне все равно, будет ли у нас звезда Мишлен в обозримом будущем или нет. Эту высоту я уже брал. Если тебе интересно самой, я, конечно, поддержу, но хочу, чтобы ты знала: я не собираюсь никого увольнять без твоего ведома и веской на то причины.
Значит, моя интуиция меня не подвела. Я давно чувствовала, что вся эта игра с красным гидом для Яна не более чем повод поддразнить меня, и сейчас она, и правда, потеряла смысл. Хотя начатое до конца я бы все же попробовала довести.
– По рукам, – сказала я, останавливаясь и протягивая ему свободную ладонь.
Ян пожал мне руку, с удивлением наблюдая за моей реакцией.
– Что-то еще? – спросила я, раз уж у нас случился вечер откровений.
– Что-то еще, – передразнил меня Ян.
Он притянул меня к себе одним резким движением и мягко поцеловал в губы. Я застонала от неожиданности и удовольствия, мгновенно отвечая на поцелуй и прижимаясь к его сильному телу.
– Хотел сделать это каждый раз, когда видел, как ты бесишься, – ухмыльнулся Ян, вспоминая наши первые встречи.
После театра мы никуда не спешили. Оба понимали, что у нас впереди целая ночь, чтобы растворяться друг в друге. Ян ушел в душ, ну а я неспешно стянула с себя бархатное платье с замысловатым узором из страз, накинула белый махровый халат и завалилась с телефоном в мягкое кресло.
За вечер в мессенджерах набралось пару десятков непрочитанных сообщений. Коллеги из рабочего чата ждали ответов на текущие вопросы. В нашем семейном чате родители спрашивали, как у меня дела, а потом завалили ленту бородатыми мемами и смешными видео с котиками. Подружки из «su-чата» решали, стоит ли Оле подстричь каре и спрашивали, когда я вернусь. Словом, все требовали внимания. Однако дать его я никому не успела.
В дверь постучали. И весьма требовательно для столь позднего часа. Кажется, табличка «Не беспокоить» может остановить только благоразумных людей.
Недоумевая кому нужно ломиться в наш номер в такое время, я все же подошла к двери. Открывая, я была готова заорать, чтобы Ян прибежал меня спасать, если вдруг кто-то решит наброситься, но на пороге стоял Данил. Поникшие плечи, помятый вид, синяки под глазами. После работы под началом другого шеф-повара он выглядел не лучшим образом. Или дело не в этом?
– Данил, ты видел сколько времени?! – возмутилась я. – И вообще, как ты узнал, в каком я номере?
Данил посмотрел на меня умоляющим взглядом. Казалось, он вот-вот упадет на колени.
– Уля, прошу, выслушай меня.
– Завтра выслушаю, а сейчас иди спать, – я попыталась закрыть дверь, но он подставил ногу.