Рецепт идеальной жены полностью

– Написал ее не я. Моя лишь идея, ну и сюжет набросал. – Кто бы сомневался. – Я заплатил мальчишке из колледжа – Робби Джансену – полному болвану. Он учился в одном из моих классов и отчаянно хотел получить высший балл. Я никогда не поставил бы ему «отлично». Но у него был талант. Я сразу разглядел его в нем и понял… – Джеймс поднял палец. – Я понял, что он мог это сделать. У него был прирожденный талант. Бестолковая голова, но писал он прекрасно.

– Джорджия знает об этом?

– Ну, ладно тебе, Элис. Не говори мне, что я ошибся в тебе. – Он лукаво прищурился. Да, Джорджия знала. Она не брала клиентов, которых не могла контролировать. Возможно, это означало, что она знала их секреты.

Элис застыла на месте. Слова Джеймса не укладывались у нее в голове. Неужели его самое знаменитое произведение – то самое, которое New York Times назвала «блестящим, остроумным, в лучших традициях американской классики», – на самом деле написано двадцатилетним студентом? Мальчишкой с кредитом на учебу, отчаянно мечтавшим об оценке «отлично»?

– Только ччччч! – Джеймс приложил палец к губам. – Не говори никому, милашка Элис. Может, когда-нибудь мы с тобой вместе поработаем над романом. Ведь ты хочешь его написать? – Элис не могла вспомнить, делилась ли с кем-нибудь своей мечтой. – О, не смотри на меня так. Все девчонки мечтают написать роман. Я вижу вас насквозь, вижу ваши амбиции, вижу, что у вас спрятано под короткими юбками, когда вы сидите напротив. – Элис прикусила губу, чтобы не послать мерзкого Джеймса Дориана куда подальше. Но он был прав, во всяком случае насчет ее литературных стремлений – Элис частенько представляла свое имя, напечатанное на обложке бестселлера.

– Вообще-то я готов дать руку на отсечение, что мы с тобой можем замутить что-нибудь фантастически успешное. – Он принялся расстегивать молнию на брюках. – Мне надо отлить.

Джеймс отправился на вручение премии. Джорджия бросила тяжелый взгляд на Элис, когда они таки запихнули пьяного писателя в лимузин.

– Это был твой счастливый билет, моя дорогая.

Вернувшись домой, Элис ворвалась в спальню, разбудила Нейта и сообщила ему, что повышение в должности у нее в кармане. Он был так горд за нее.

– Никто не заслуживает этого больше, чем ты, – заявил он. Элис кивнула и, окрыленная успехом, побаловала мужа минетом.

А позже Элис совершила роковую ошибку. Как глупо, что она до сих пор пыталась понять, как это могло произойти.

На следующий день они с Бронвин отправились по магазинам, чтобы подыскать платья на свадьбу общей знакомой. Магазин уже закрывался, а они вовсю примеряли наряды, находясь в соседних кабинках. Элис уже описала Бронвин свои недавние мытарства с Джеймсом Дорианом и, думая, что они одни и их разговор никто не слышит, поделилась его секретом. Правда, она оговорилась, что Джеймс был пьян и мог наплести что угодно – но вдруг это правда? В какую пропасть он упадет? Они хихикали – не без злорадства, а когда вышли из кабинок показать друг другу свои находки, с ужасом обнаружили, что в примерочной были не одни. Незнакомка бросила на них взгляд и ушла, а Элис схватила Бронвин за руку.

– Господи! Как ты думаешь, она нас слышала? Черт. Неужели я назвала его имя?

Подруга заверила ее, что Элис ничего не уточняла, во всяком случае, сама Бронвин этого не помнит, а если и уточняла, кому какое дело? Они оплатили покупки, поужинали, и на следующее утро Элис и вовсе забыла о случившемся.

На планерке Джорджия объявила Элис о прибавке в несколько тысяч долларов, об офисе с большим окном, и пообещала, что скоро той не придется нянчиться с Джеймсом Дорианом. Но…

– Пока что мне нужно, чтобы ты продолжала делать то, что делаешь, Элис. Ты ему нравишься. А нам нужен только довольный Джеймс.

Сначала Элис была в шоке, потом пришла в ярость. Спросила про обещанную должность директора.

– Я уже сказала – продолжай делать то, что делаешь, и в течение года ты ее получишь, – заявила Джорджия и выставила Элис из кабинета под предлогом срочного звонка. Год? Нет. Элис не могла больше ждать.

Через минуту она вернулась в кабинет Джорджии и прервала ее важные переговоры, словно имела полное право так врываться.

– Джеймс Дориан не писал «Падение в пропасть». – Элис говорила спокойно, сложив руки на коленях, чтобы Джорджия не заметила, как дрожали ее пальцы. – Но я подозреваю, что тебе давно известно об этом.

– Что ты несешь? Какого черта?

– Он заплатил своему студенту. Некому Робби Джансену. Вероятно, тот очень талантливый писатель, – сказала Элис. – Джеймс проболтался мне. Язык без костей. – У нее все дрожало внутри – никогда еще она не разговорила так с Джорджией, – но вид у нее был решительный.

– Никому не рассказывай об этом, – взмолилась Джорджия, утратив привычную браваду в голосе. Она расправила плечи и изменилась в лице. – Никогда.

– О, я могу рассказать. Но это зависит только от тебя. – Элис наклонилась вперед и пронзительно посмотрела на Джорджию.

– Чего ты хочешь?