Элис кивнула, у нее слезились от кашля глаза, но она все равно сделала еще одну попытку. Жгло уже меньше, и она уже не кашляла. Сара была права: без фильтра вкус табака и его действие были более ощутимыми, никотин быстро попал в кровоток, приятно затуманил сознание. И Элис, проинспектировав лавку, вернулась домой и тут же срезала фильтры со всех сигарет. Потом, вместо работы над книгой, как планировала, она села в своем винтажном, только что купленном платье за домом – предосторожности ради – и пускала колечки дыма в воздух, представляя себе, как это делала Нелли Мёрдок полвека назад.
Остаток недели пролетел легко. Нейт каждое утро уезжал на работу, но возвращался к ужину, как и обещал, а Элис пыталась работать над книгой. Чаще всего это предполагало многочасовые поиски в Интернете подробностей жизни 1950-х; еще она перечитывала журналы и письма Нелли и курила сигареты без фильтра через перламутровый мундштук. Теперь она курила каждый день и понимала, что скоро ей надо будет прекратить это занятие – она не сможет прятаться от Нейта бесконечно долго. Волноваться, что он узнает об этом, было утомительно. Но сигареты помогали ей сосредоточиться и повышали настроение. К тому же ей казалось, что в пятидесятых курили все – тогда даже доктора видели в этом пользу для здоровья, – да и вообще она ощущала некую поэзию в том, что вставляла сигарету в старинный мундштук, необходимый компонент ее исследований.
Салли вернулась от больной подруги и в субботу вечером пришла к ним на ужин, о чем они давно договаривались. Элис приготовила простое угощение – гренки под соусом из чеддера, сливок, сухой горчицы и специй с ломтиками томата (рецепт из кулинарной книги Нелли назывался «Валлийский кролик») и жаренные на барбекю колбаски, а на десерт «пышный, белый кекс», который получился не слишком пышным, но все равно вкусным. Они засиделись допоздна и выпили много вина под рассказы Салли о ее приключениях.
Элис с Нейтом пошли спать захмелевшие и необычно (для тех дней) веселые, обсуждая, как они сосватают Салли, хоть и не могли вспомнить имя приятного пожилого джентльмена, который жил на их улице и постоянно косил лужайку. Они занимались любовью – впервые после того фиаско с разрывом кисты. Словом, вечер удался во всех отношениях. К Элис частично вернулся ее прежний оптимизм.
В понедельник Элис вернулась за письменный стол, мрачная и опухшая из-за противозачаточных и полного отсутствия вдохновения. Она глядела в окно, курила сигарету и ничего не писала, когда к дому подъехал на мотоцикле Нейт. В панике она бросила взгляд на экран компьютера – 3.07 – и какое-то мгновение сидела, парализованная, держа в пальцах горящую сигарету. Окно было открыто, но тонкая полоса дыма плыла над ней словно газовая вуаль. Она яростно замахала руками, разгоняя ее. С ее стороны было глупо курить в гостиной, но на улице шел дождь, а Нейт сказал, что задержится, потому что встречался с приятелем по колледжу, приехавшим по делам в город. Элис не ждала его к ужину и уж тем более среди дня.
– Черт, черт побери, – пробормотала она, вынула сигарету из мундштука и погрузила в стакан с водой. Схватила старый журнал и стала выгонять дым в окно. Хлопнула входная дверь, и в гостиной появился Нейт, в шлеме и с сумкой на груди. Он промок до нитки.
– Ой! Почему ты не позвонил мне? – сказала Элис. Напряженный голос выдал ее волнение. – Я забрала бы тебя на станции.
Нейт смотрел на нее, не веря своим глазам.
– Ты
Элис вскинула руки и пыталась что-то быстро придумать. Отрицать факт было бесполезно. Табачный запах все еще висел в комнате.
– Я попробовала
Но Нейт по-прежнему смотрел на нее такими глазами, словно хотел задушить.
– У меня опять творческий тупик, и мне показалось, что это поможет. Ну, типа… я получу представление о такой глупости, как курение. Только один раз. Я обещаю. – Она показала на стакан с водой, где плавали недокуренная сигарета и крошки табака. Тут она заметила на краю стола сигаретную пачку, слегка прикрытую стопкой журналов, и шагнула вправо, загораживая ее от мужа.
Нейт все еще стоял неподвижно. Словно статуя в дверях гостиной. Дождевая вода капала с него и собиралась в лужицу возле ног.
– Ты курила в колледже? – удивленно спросил он.
– Немножко. Иногда. Ладно тебе, Нейт. Какая-то одна сигарета.
