— Нет, перестань! — истошно закричала она и бросилась вон из дома.
Гильермо сжал кулаки и с ненавистью посмотрел на телефон. Пусть думают те, кто подслушивает, что у них сексуальные проблемы. А что еще остается?
Мальдонадо громко закричал, обращаясь непосредственно к телефону:
— Виолетта, любимая, вернись! Это будет не больно, клянусь тебе!
После этого выругался про себя и помчался догонять жену.
Виолетта сидела под деревом в саду и плакала, уткнув лицо в колени.
Гильермо подошел к ней и молча присел рядом. Он дал ей выплакаться, отлично понимая, какой удар она только что испытала. Предчувствовать — одно, а услышать, что предчувствия оказались правдой — совсем другое. Особенно, если до этого он только и делал, что разуверял жену в ее подозрениях.
Мальдонадо положил руку женщине на плечо.
— Скажи, что все это неправда, — попросила Виолетта, подняв голову.
Свет уличного фонаря осветил ее лицо. Гильермо с тоской посмотрел на жену и отрицательно покачал головой.
— Нет, — сказал он твердо. — Все правда.
— Господи! — Виолетта протяжно вздохнула. — Жить словно в сказке, каждый день заставлять себя верить в эту сказку… Чтобы потом сказка обернулась такой мерзостью?
Гильермо молчал. Он был сейчас благодарен жене хота бы за то, что она не делала попыток напомнить, кто именно заставлял верить ее этой сказке.
— Каждое наше слово подслушивалось? — продолжала Виолетта. — И то, что я шептала тебе по ночам, — тоже? И твои слова?
Муж с убитым видом кивнул. Потом они вместе посмотрели на дом.
И ему и ей не хотелось возвращаться туда.
— Я ведь помню, как наш дом нашпиговали этой аппаратурой, — вдруг сказала Виолетта. — Ты был на работе, а ко мне приехали двое: юноша и девушка, которые представились служащими телефонной компании. Они поменяли телефонный аппарат, и — самое главное! — я на несколько минут оставила в комнатах эту девицу одну, когда искала инструменты. Да, ловко они меня провели… Но, Гильермо, ведь я, по крайней мере, знаю, что одно из устройств стоит в телефоне.
Он невесело усмехнулся.
— Ну и что?
— Давай поменяем аппарат.
— Это ничего не даст, — ответил Мальдонадо. — Телефон работает…
— Поломаем его! — возбужденно выкрикнула Виолетта.
— Не смеши меня… К тому же наверняка микрофон не только в корпусе телефонного аппарата.
Виолетта с отвращением посмотрела на бунгало.
— Гильермо, давай завтра же переедем отсюда! — возбужденно зашептала женщина. — Вернемся на нашу старую квартиру… Как хорошо, что мы ее не продали!
Она стояла перед ним на коленях и заглядывала в глаза.
— А работа? — спросил Гильермо.
— Бросишь! — предложила жена. — Просто не иди туда завтра!
Гильермо привлек ее к себе.
— Глупышка, ничего не выйдет. Мы должны вести себя так, словно ничего не произошло. И телефонный аппарат менять нельзя.
Она отстранилась.
— Что же ты будешь делать? На чьей стороне будешь играть?
Мальдонадо пожал плечами.
— У меня нет выбора, — сказал он. — Я буду играть за обе команды.
— Странные слова. Тебе ничего не остается, как работать на два фронта?
— Да. Именно так.
— Но это опасно.
— Понимаю. Но… — он вздохнул. — Управлению по борьбе с организованной преступностью нужны секретные документы корпорации. Я начну потихоньку копировать их. Начну с несекретных. Они сперва не поймут. Когда поймут, пройдет какое-то время… Там посмотрим.
— Но это же нарушение тайны отношений между адвокатом и клиентом, Гильермо! — она покачала головой. — Ты только что сдал экзамен. Тебе должны вернуть диплом адвоката. Но если общественности станет известно, как ты работал на антимафиозное управление, тебя лишат права заниматься адвокатской практикой!
— Управление отмажет меня.
— Ничуть. Оно даже не пострадает, пострадаешь ты.
Гильермо зло посмотрел на жену.
— Но они обещали помочь. Они сказали, что будут защищать меня и… Они ведь пообещали выпустить на свободу Алехандро!
— Что?!
В нескольких словах Мальдонадо передал жене содержание разговора с капитаном Мачадо.
— Вот так, — закончил Гильермо. — Ради этого я должен хотя бы сделать вид, будто работаю на них…
— И все-таки, — сказала Виолетта. — Представь, что невозможное произошло, и ты успешно порвал с корпорацией. В таком случае тебе необходима лицензия на частную адвокатскую практику. Если станет известно, что ты нарушил тайну отношений адвоката и клиента, тебе никто никогда не даст лицензии, ты останешься ни с чем, даже если останешься жив! А что такое жизнь без денег, мы уже помним.
— Их интересуют какие-то секретные документы, — снова начал Гильермо.
Виолетта перебила:
— Секретные документы? — она наморщила лоб. — Слишком абстрактно звучит.
Гильермо просиял.
— Так ведь это и хорошо! Если бы капитан Мачадо сказал конкретно: мне нужно досье Урио Домакеса, хоть разбейся, но достань его, — как бы я тогда попрыгал? А так начну с чего-нибудь…
Что-то мелькнуло в голове Гильермо в связи с упоминанием имени Домакеса. Что? Мысли разбегались…
— А почему ты должен работать на два фронта? — тем временем спросила жена.
