И действительно. Уже на второй день после его прихода к власти, выступая по телевидению, в своем обращении к народу он провозгласил дружбу с Западом, особенно с США, объявил частную собственность неприкосновенной, запретил коммунистическую партию. Правда, запретил он и сионистские организации, но, как объяснили его советники дипломатам США и Израиля, это была временная мера, иначе народ не поймет запрета одной КПРФ, ведь были запрещены все политические течения, провозглашавшие различные "...измы". Объявил он и о беспощадной борьбе с преступностью и коррупцией для защиты не только российских, но и всех западных предпринимателей, защиты их интересов и бизнеса в России от уголовных элементов и чиновничьего беспредела. Подтвердил он и обязательство России по ее долгам всем западным странам, заключенным договорам...
А потом начался кошмар. Практически за два месяца была арестована и почти полностью уничтожена вся агентура не только Америки, но и Европы, и Азии. Под видом борьбы с преступностью начались даже не аресты, а тотальное уничтожение тайных резидентур, всей агентуры из числа граждан России, завербованных еще в советское время и прошедших соответствующую подготовку в Америке и ряде специальных центров Европы. Были арестованы почти все мало-мальски известные лидеры демократических, прозападных партий, организаций и движений. Но все же коварство Лобанова заключалось в том, что при всех арестах либо убийствах ни разу не прозвучали политические мотивы. Все связывалось с уголовными преступлениями, публиковались различного рода разоблачительные документы, организовывались массовые многотысячные демонстрации народа в поддержку проводимой правительством России политики. Таким образом, у нас и у Европы был выбит главный козырь, в чем можно было обвинить новый режим России, — в политических репрессиях. Не могли же мы выступать в поддержку уголовников, как представляли арестованных общественному мнению. Тем более, что мы лишились главного: прессы и телевидения, практически полностью работавших под нашим контролем на протяжении последних десяти лет и благодаря которым успешно был разрушен Советский Союз, а затем начала разваливаться и Россия.
Да, самая главная ошибка была допущена на первом этапе прихода к власти Лобанова. Уже в первый день практического захвата им власти в России были на три дня закрыты все газеты, радиостанции и телевидение. Работал только государственный канал общественного российского телевидения и две центральные российские радиокомпании. Такая же операция на следующий день была проведена по всей России. Во всех городах, в эти три дня выходили только правительственные газеты. Все другие газеты, радио- и телекомпании были закрыты под предлогом расследования фактов получения ими взяток от дудаевских боевиков. Сразу были проведены массовые аресты во всех средствах массовой информации. Немедленно заводились уголовные дела и начиналось расследование. Поскольку аресту подвергались практически все газетные, радио- и тележурналисты, для якобы выяснения и проверки имевшихся фактов, то это вначале и не вызывало опасений, так как уже через два дня многих начали выпускать. Особое впечатление произвели сразу же показанные по телевидению документы из захваченного архива Дудаева: письма, расписки в получении десятков и сотен тысяч долларов, прозвучали и некоторые записи телефонных разговоров и записанных тайно переговоров ряда известных тележурналистов, газетчиков, думских болтунов и советников из аппарата бывшего президента с эмиссарами Дудаева. Это окончательно выбивало почву из-под ног американской и западной дипломатии в демаршах против подавления свободной прессы в России.
Однако уже через пять-шесть дней стала понятна суть задуманной ФСБ России и Лобановым операции. Подавляющая часть журналистского корпуса была обвинена в уголовных преступлениях. Многими были подписаны разоблачительные документы. Среди них почти 80-90% составляли люди, прошедшие подготовку на Западе. Те, кто активно помогал политике США в России. На замену им власти срочно набрали новых сотрудников, которые, в соответствии с поспешно принятым экстренно собранной Государственной Думой законом "О подрывной деятельности", давали при приеме на работу клятву и подписку о верности России. Более того, большая часть арестованных оказалась евреями. Если бы их обвинили в антироссийской пропаганде, то, естественно, можно было бы включить политическую машину западных средств массовой информации и повести атаку против преследования свободной прессы, свободы слова и антисемитских акций в России. Но власти прикрылись уголовными делами, как фиговым листком.
