— Они… — Виктор от волнения проглотил слюну, — они его создали?
— Еще нет, но это дело времени. Господин Исаакс, который управляет фирмой Маркони, сказал, что опыты заставили его поверить в идею. Вот идете вы по Базарной, а в кармане у вас звонок. Достаете трубку и можете слышать компаньона, который летит где-нибудь на аэроплане из Москвы в Берлин. Об этом все уже говорят всерьез!
«Так, еще один попаданец у Маркони. К ним ведь тоже засылают… Хотя нет, в четвертой реальности не было. А кто сказал, что не было? ЦРУ же сразу поверило, сразу, стоило Шольцу слить им файл не той версии… Все равно не проверить. А Аристарх, надо полагать, ее муж».
Аристарх тут же представился ему чем-то вроде Ипполита из «Иронии судьбы». Однако наиболее вероятным кандидатом на роль Аристарха на фотках оказался мужчина с пробором и узкой бородкой, как у Генриха Сенкевича. Тем временем Глафира отворила шкаф, который оказался доверху завален каким-то папками и просто разными бумагами; видимо, она неплохо ориентировалась в этом хозяйстве, потому что вытащила нетолстую синюю картонную папку с завязками, похожими на шнурки от ботинок. Спустя пару секунд на столе перед Виктором оказалась куча проспектов с самыми разнообразными видами пишущих машинок. Были среди них похожие на те, что Виктору еще довелось, застать, но были и вовсе удивительные: с клавой, расположенной по дуге, а то и вовсе похожие на какие-то странные регуляторы или измерительные приборы.
«Боже мой» — подумал Виктор, «и ты влез в эту область консультировать. Через семьдесят лет из всего этого барахла останутся три вида — конторские, портативные, и, эта, „Ромашка“. А в Союзе в основном „Ятрань“ и „Роботрон“. Тоже мне, специалист».
— Вы чем-то смущены? — медовым голосом спросила Глафира.
— Нисколько. Я бы сделал ставку прежде всего на офисные машины, то-есть конторские. Спрос на них гарантированно будет расти как в госучреждениях, так и в частном бизнесе. Гоняться за функциями не надо, основные я запишу вам на бумажке, гдавное — неприхотливость, простота и надежность. Из возможных фирм-поставщиков могу рекомендовать два бренда, то-есть фирмы с именем — это «Ундервуд» и «Ремингтон». Потребители портативных машинок тех же фирм — это надо поискать среди журналистов, писателей и представителей малого и среднего бизнеса. Состоятельные дельцы, скорее всего, поставят себе на стол большую конторскую машинку, имея кабинет больших размеров, или вообще наймут машинистку. Вообще для малого и среднего бизнеса нужна реклама, надо показать, что пишущая машинка — это экономия денег. Тратя время на переписывание документов, мы теряем деньги, вместо того, чтобы напечатать бумаги под копирку.
— Как вы здорово рассуждаете, — вздохнула Глаша, — в вас есть прямо американская хватка.
Она немного наклонилась к Виктору, и он уловил тончайший, как дуновение утреннего ветерка, аромат духов… Нет, так бы написали в начале прошлого века. На самом деле Виктора окатила волна «Ландыша серебристого».
«Откуда здесь этот послевоенный совковый парфюм?» — подумал он. «Неужели… Неужели это подарил попаданец? Чего-то слабовато для прогрессорства». Однако уже тот факт, что местные дамы ради встречи с ним употребляют предмет роскоши, тронул его душу. Слова Глаши об американской хватке, упав в глубины памяти, барахтались там и требовали немедленного подтверждения.
— Вообще-то, — продолжил он, — если мы будем насыщать офисной техникой местный рынок, надо сразу же подумать о системе гарантийного и сервисного обслуживания, как неотъемлемой части маркетинговой политики. Зачем ждать, когда покупатель будет искать мастера, чтобы настроить или починить машинку? Пусть он идет к нам, мастера будут у нас, снабжение запчастями у нас, и мы же предложим сразу продавать пакет услуг по плановому обслуживанию машинок — замену расходников, чистку, смазку, регулировку, вплоть до обучения персонала. Плюс предоставляем покупателю гарантии бесплатного ремонта, гарантии при постгарантийном ремонте, а также такую услугу, как предоставление другой машинки на время ремонта. Покупатель должен будет знать две вещи — как вставлять бумагу и имя вашей фирмы.
Во время произнесения этой фразы Глашины глаза становились все более и более округлыми, а пространство между кружевами в вырезе декольте начало расти, словно на сдобном тесте, которое подымаясь, рвется на свет из тесного пространства формы.
— Вы просто чудо, — выдохнула она, — представляете, Аристарх уже почти договорился поставить партию ундервудов в одно казенное учреждение, а начальник сказал — «А кто с ними у нас возиться будет?»
— Так их можно брать на аутсорсинг.
— На что брать? — лицо Глаши внезапно выразило искреннее удивление с оттенком легкого испуга, как будто на письменный стол внезапно выбежал крупный таракан.
— Это не по фене.
«А вдруг Глафира — человек Веристова? Но что она должна узнать? Что я фонтанирую идеями? А что в этом нового? Хотя… Тут же потом вроде как ужин намечен. Ладно, посмотрим…»
