Отметил, что у советских граждан есть огромные неудовлетворённые потребности в качественных потребительских товарах. Это и автомашины, и различная бытовая техника. Одежда, обувь. Да те же самые джинсы. Всё это необходимо производить непосредственно в Советском Союзе. И обеспечить такое качество, чтобы излишки впоследствии экспортировать.
Ну и финальный вывод — что это означает, что современная структура нашей экономики не отвечает нуждам будущего развития советской экономики. Её необходимо срочно менять.
В понедельник с утра поехал на Лубянку и отвёз Румянцеву лекцию о приоритетных отраслях экономики СССР. Он пробежал её глазами и проводил меня на выход. Вернулся домой и занялся проявкой плёнки в дальней ванной. Пока не напечатаешь фотографии, нет смысла договариваться о встрече с поэтессой, чтобы согласовать с ней текст статьи. Она же стопроцентно захочет сразу и фотографии выбрать.
Пока сидел в темноте, слышал, как телефон звонил. Но срываться на звонок не стал. Лучше какой-то звонок пропустить, чем запороть такую плёнку.
Тем более, это оказался Ахмад, о чем мне тут же и сообщила мать Ивана, едва я вышел. Тут же перезвонил ему на работу.
— Приглашаю вас в субботу к нам, — невероятно довольным голосом произнёс он.
— И по какому же случаю? — заранее начал улыбаться я.
— Приказ вышел о моём назначении на должность начальника отдела учёта материалов.
— Поздравляю! — воскликнул я. — Рад за тебя.
— Спасибо. В общем, не планируй ничего на субботу, кроме рынка с утра.
— Договорились, — пообещал я и мы попрощались. — Жизнь-то налаживается!
Положив трубку, поймал себя на мысли, что при большой семье сплошные праздники. Практически каждые выходные у кого-то гулять приходится. Хотя за отчима рад, конечно.
Во второй половине дня начал печатать фотографии с поэтессой, сразу помечая изображения, чтобы знать, какие негативы сдать в редакцию.
Пока я сидел, закрывшись в дальней ванной, снова кто-то начал трезвонить. Ну конечно, как же иначе… Ирина Леонидовна через дверь сообщила мне, что это Павел Сатчан. Ответил, что сам ему перезвоню скоро. Но возня с фотографиями подзатянулась, так что смог его набрать только минут через тридцать.
— Хорошо, что успел застать меня. Сможешь заехать ко мне? — сразу спросил Сатчан. — Ригалёв рыбу привёз. Вот, не знаю, что с твоей долей делать?
— О, рыбка, отлично! А ты на тренировке будешь сегодня? — поинтересовался я.
— Нет! Я сейчас ухожу с работы. У меня родители приехали, ждут дома тестя с тёщей. Поедем Римму с дочкой из роддома забирать!
— Ох, поздравляю ещё раз! — вспомнил я, что, и правда, уже пора забирать. — Я тогда сам заеду к тебе. Удобно будет? Во сколько лучше?
— Ну конечно удобно! После шести приезжай, — пригласил довольный Сатчан. — Уже наверняка дома будем…
— Фотоаппарат в роддом взять не забудь! — напомнил я, и мы попрощались до вечера.
Подумал, что надо по поводу детской площадки переговорить с Сатчаном, если возможность будет. Для него с Риммой эта тема тоже сейчас важна, так что должен заинтересоваться. Сразу положил свои схемы и эскизы девчонок в портфель, чтобы не забыть.
Снова зазвонил телефон. Оказалось, что это Галия набрала Ирине Леонидовне узнать, как дела у мальчишек. Попросил нашу няню мне трубочку дать, как поговорят, и сообщил жене, что мы приглашены в субботу к Алироевым по случаю повышения Ахмада.
— А по такому случаю дарят подарки? — озадаченно спросила Галия после первых восторгов.
— Конечно. Соответствующие случаю, но дарят обязательно. Но ты не беспокойся, я сам куплю, — пообещал я, решив, что надо напомнить о себе антиквару Некредину.
— Так, ну что? Сегодня очередной визит к Голубевой, — задумчиво произнёс Градов, глядя на майора Баранова. — Надо уже как-то выходить на покупку у Погашева подделок…
— Мы в пятницу с Саврасовым комедию в ресторане ломали-ломали, а Погашев за нами так и не поехал, — ответил тот. — Может, сегодня поедет? Нужно опять договариваться с угрозыском.
— Договоримся…Так, ну а как нам подтолкнуть его к действиям? — спросил начальник отдела. — Так-то он может долго к тебе приглядываться. Сколько его еще обхаживать будем?
— Я уже и сам об этом думал, — признался майор. — Надо форсировать события понемногу. Придётся Любане опять поработать наивной болтушкой. Скажет Голубевой, что я в начале июня домой собираюсь, а когда вернусь, не говорю. И она очень волнуется, что я ей подарки никакие не дарю, хотя сам дорогие вещи скупаю. Скажет, например, часики золотые купил, а даже померить не дал. Вот уеду, мол, и с чем она останется?
— Нет, так не надо говорить, — заметил Градов, подумав, — а то он решит ещё, что ты деньги уже все потратил. Лучше скажи так, — повернулся он к Мироновой, — что очень волнуешься, что будет, как в прошлый раз. Он золото покупал, покупал, а ничего не подарил. Часики золотые даже померить не дал.
— Согласен, — кивнул майор.
Люба тоже сосредоточенно кивнула.
