— Сделаем, — махнул рукой тот, — как возврат пересорта какого-нибудь на производство оформим.
— Хорошо, — кивнул Ваганович, стараясь ничем не выдать свою заинтересованность. — Ну вот еще немного из теории. Вадим Матвеевич, материалы лучше выписывать на объекты, расположенные подальше от глаз начальства. Пионерлагерь какой-нибудь, заводская база отдыха… И работы там, всё равно, надо какие-то проводить, чтобы и людей в командировку отряжать, чтобы всё чин чином было по документам, не подкопаться… И желательно только на частичные работы людей с завода вывозить. Они, к примеру, землю раскопают под проведение работ. И все на этом, уехали. Их спросят, велись ли работы по коллектору, они подтвердят. А на монтаж конструкций лучше стороннюю организацию нанять, под предлогом, что свою технику дорого так далеко от Москвы гонять. Сами понимаете, что вот эти уже ничего делать не будут, кроме как эти ямы засыплют. Деньги хорошие за монтаж получат, а работать не надо, будут заинтересованы в том, чтобы помалкивать. А еще лучше сказать им, что руководство передумало в этом году прокладывать коллектор, так что надо просто все закопать, чтобы дети в ямы не падали.
— Понимаю, Аркадий Павлович, — озадаченный такими нюансами, кивнул Лосев.
Главный редактор Генрих Маркович Ландер второй раз перечитал статью Ивлева про армию и отодвинул от себя. Он никак не мог принять решения, снял очки и устало потёр переносицу.
В конце концов, он потянулся к записной книжке и нашёл телефон знакомого генерала из политуправления Министерства обороны. Мужчины были когда-то соседями, дружили, и продолжали перезваниваться по случаю.
— Фёдор Данилович, совет твой нужен, — перешёл к делу Ландер, обсудив с другом семейные новости за целый год, в течение которого они не встречались и не созванивались. — Принесли статью сегодня про армию. И журналист хороший, давно у нас печатается, но взял в соавторы девчонку… И статья патриотичная, и слог хороший, но, понимаешь, простенькая она какая-то слишком… Вроде, надо боевой дух поднимать, ещё и призыв же сейчас… И вроде статья этому соответствует, но не могу принять решения… Вот, сижу, не знаю, что делать? Печатать, не печатать?
— А ты можешь мне прислать эту статью посмотреть? — уточнил генерал.
— Ну, конечно! Фёдор Данилович, спасибо тебе огромное! Через час всё будет у тебя.
Так и не дождавшись декана, Регина отправилась к Володину. Она всю дорогу думала, как будет себя с ним вести. Решила, что лучше всего свалить всё на Головина, мол, это он сказал, что бояться уже нечего, успокоил её, вот, она и не стала ничего предпринимать.
Юрке уже всё равно, — думала она. — Из партии уже вышибли, с должности тоже вот-вот попросят… А мне надо жизнь свою как-то устраивать. И если Володин спросит, зачем я Головину всё рассказала, отвечу, что он сам мне ещё раньше во всём признался, так что я никого не подвела.
Расчёт её был на то, что Володин сочтёт, что худой мир лучше крепкой ссоры. Он поможет ей, а она не пустит в ход свои знания.
Но её ждало разочарование. Володина на месте не оказалось и когда он появится, не могла сказать даже его помощница, которая, к ее радости, приняла ее очень приветливо. Регина скромно уселась на стульчике в приёмной, надеясь, что ждать долго не придётся. Но уже и дважды чай с конфетами и печеньем выпила, приняв угощение от помощницы, а его так и не было. Прождав в общей сложности два с лишним часа, она начала волноваться. А что, если и Володина она сегодня не застанет? Что ей завтра делать? Идти с утра в МГУ караулить декана или ехать сюда караулить Володина?
Она так и не приняла никакого решения. Рабочий день закончился.
— Пора домой, Региночка, — сказала ей Ольга Константиновна. — Домой ему теперь звони, раз так срочно…
Регина поднялась и с сожалением вышла из приёмной. Не могла же она признаться, что не знает домашнего номера Володина… Своего якобы дяди…
— Верунчик, а можешь мне свою блузочку испанскую одолжить? — спросила Оксана методиста на работе. — Я только в Москву съезжу и в понедельник принесу.
— Под неё комбинация белая нужна, — улыбаясь, ответила ей подруга.
— Уже купила, — загадочно улыбнулась Оксана. — Французскую с кружевами…
— Ох, Оксан, — покачала головой Вера, всю неделю наблюдавшая за этими сборами. — Ты хоть дай знать, если в Москве решишь задержаться, как у тебя там дела?
— Ну, это уж как получится, — рассмеялась Оксана, озорно прищурившись.
Когда Лосев ушёл в приподнятом настроении и приятном возбуждении, Ваганович понял, что долго он себя ждать не заставит.
Надо возобновлять рабочие контакты, — подумал он и нашёл телефон знакомого с Брянской стройбазы, с которым имел дела ещё в свою бытность вторым секретарём Святославского горкома.
