Поспешил на улицу, чтобы машину отогнать в соседний двор, а то ж заблокируют на несколько часов или ещё хуже, поцарапают. Вернувшись, подошёл поздороваться к нашему Ларионову.
— Сегодня установят и малышовую, и подростковую части, — доложил он, и протянул мне руку.
— Отлично, — удовлетворённо кивнул я головой. — Будет чем детей теперь занять.
Вскоре подъехал Прокофьев, главный инженер с «Полёта», и направился прямиком к нам.
— Приветствую, — поздоровался он с нами. — Ну, как? По центральной части есть какие-то замечания?
— Да какие там могут быть замечания? — пожал плечами Ларионов. — Лавки, песочница да брёвна гимнастические. Всё просто, как две копейки. А вот на остальных участках могут быть засады…
— Это точно, — озабоченно наблюдал за разгрузкой машин Прокофьев.
— Ладно, не буду вам мешать, — улыбнулся я и пошёл к себе.
Дел полно, некогда стоять, лясы точить.
Когда с утра пораньше к Вагановичу заглянул главный механик завода Колпаков, он сразу почувствовал, что у того есть какое-то дело к нему. Колпаков сел поближе и выдохнул так, как будто готовился к этому разговору все выходные.
— Аркадий Павлович, у меня после ремонта на даче цемент остался… Он же долго не лежит… Вадим Матвеевич тут как-то шепнул, что у вас знакомства есть на стройбазе. Нельзя ли через вас его продать? А то жалко, пропадёт…
Эх, Лосев, Лосев, — подумал Ваганович. — Скоро весь завод знать будет… Хотя, этого следовало ожидать. Они же дружат…
— Есть знакомый, Егор Романович. Только эта база не в Москве, — начал объяснять он главному механику. — Гонять машину ради нескольких мешков? Вам проще здесь их кому-то предложить.
— Ну, не совсем несколько мешков… И не хотелось бы, чтобы тут кто-то знал…
— Так. Егор Романович, давайте начистоту, — догадался Ваганович, что речь идёт не о нескольких мешках, оставшихся от ремонта. А в таком случае он должен получить свою долю.
— Начистоту… Ну, если начистоту. Мы экономим при всех работах помаленьку, вот, под сотню мешков цемента уже набралось, — выдал, наконец, главный механик.
— То есть как, экономите помаленьку? Это лежалый, что ли, цемент?
— Нет, нет. Он у нас не залёживается. Пускаю в дело ранее полученный и часть нового. Так что, весь цемент свежий. Правда, раз начистоту, то он не на даче, а еще здесь, на заводе.
— Теперь понятно… Молодец, Егор Романович! Ну, давай, предложу этот цемент своим знакомым за долю малую, не вопрос. С вас правдоподобные накладные на груз для провоза, чтобы ГАИ не цеплялось, и организуйте вывоз этих излишков за территорию завода, не здесь же вы грузить чужой автотранспорт будете? И хорошо бы машину до объёма ещё чем-то забить не очень тяжёлым, навроде стекловаты. Найдёте?
— Есть немного… А сколько надо?
— Ну, давайте, узнаем, — потянулся Ваганович к телефону.
— Так, товарищи, — вернулась Морозова с совещания. — В Москве открылась выставка «Туризм и отдых в США», у нас три пригласительных. Надо всем съездить, но как-то по очереди, чтобы тут хоть кто-то оставался.
— Я могу прямо сегодня и съездить, — заявила Белоусова.
Морозова переглянулась с Галиёй и та пожала плечами, мол, мне всё равно.
— Ну, хорошо, Валерия Николаевна. Тогда вы поедете сегодня, а мы с Галией завтра.
— Без возврата на работу, надеюсь? — спросила Белоусова.
— Конечно, — кивнула Ольга Вениаминовна.
— Тогда я уехала! — поднялась та со своего места с довольным видом.
На самом деле, она не сразу поехала на выставку, а предварительно зашла в ГУМ в надежде поймать что-то особенное. Ей повезло оказаться рядом, когда началась продажа хрусталя. Отстояв всего двадцать минут, она купила набор рюмок и две одинаковых салатницы. Больше в одни руки не давали. Потом она зашла в гастроном на первом этаже и прикупила кофе и сыра. Здесь всегда было по пять сортов сыра и колбас…
Только потом она отправилась на выставку. Задерживаться надолго там она не собиралась. А что пялиться на курорты, на которые никогда не попадёшь? Даже трудно сообразить, кому это на самом деле может быть полезно. Советским дипломатам, что будут в США работать? Но она слышала краем уха что-то про то, что у них ограничено перемещение по территории США. Значит, и для них толку в такой выставке нет. А зачем ее тогда вообще организовали? Да неважно, правильно сделали, что организовали — прекрасный законный предлог с работы пораньше уйти! Довольно бегло ознакомившись с экспозицией, она заглянула в буфет при выставке и подошла к прилавку.
— Валерия Николаевна! — услышала она за спиной знакомый голос и, резко обернувшись, увидела Андриянова. — Вас тоже послали с выставкой знакомиться? — сочувственно смотрел он на неё. — Давайте ваши сумки, я вон за тем столиком, — показал он немного в сторону.
— Спасибо, — улыбнулась она. — Сейчас я к вам присоединюсь.
Она купила чай, пару песочных пирожных и отправилась к нему.
