Камволка? Там Пахомов недавно был, сказал мне в кулуарах нашей встречи на «Полете». Проблем не нашел. Туда еще если ехать, надо бы по уму пообщаться с Анной из Америки, а на это сейчас не будет времени. Интересно, как она адаптируется к нашим реалиям…
На автобазу? Не-не-не, Савельев очень уж кипит энергией. На полчаса туда заезжать, с учетом дороги, смысла нет. Обидится, если так скоро уеду, не выслушав все его задумки. Да и спокоен я за это предприятие. На высокое начальство я их вывел, а Савельев не тот человек, чтобы не использовать такие знакомства по полной программе в интересах предприятия…
Обувная фабрика «Красная Заря»? О, вот туда и надо ехать! Тем более, когда им звонил, обещали в течение нескольких дней уже и магазин свой запустить… Заодно и проверю, чтобы не было там новых неожиданностей, как в других магазинах, в которые заехал.
Как говорится – хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах. Сел в машину, и попытался ее завести – а никак! Не заводится… Глохнет и все тут. Так…
Снял пиджак, бросил в салон, закатал рукава. Открыл капот. Свечи накала в порядке? Чистенькие, сажи и трещин нет. Провод к аккумулятору, может, плохо закреплен? Нет, и там полный порядок. Аккумулятор сел? Да ничего подобного… Ясно, что ничего не ясно… Похоже, надо везти машину к Карнабеде…
Достал из багажника капроновый трос для буксировки. Встал с пятеркой в руке у дороги. Вскоре притормозил старенький желтый москвич с молодым парнем за рулем. Объяснять ничего при поднятом капоте, на который я бросил трос, чтобы он с него свисал, формируя общую картину, не нужно было.
– Свечи смотрел? – деловито спросил он. – Клеммы аккумулятора проверял?
Вот, советский человек! Не заработать хочет в первую очередь, а помочь.
– Свечи в порядке. Аккумулятор проверял. Меня Павлом зовут. – сказал я.
– Володя. Куда отбуксировать?
– Приборостроительный завод в Пролетарском районе знаешь?
– Знаю, конечно. А что у тебя за тачанка такая необычная?
– «Варшава» польская.
– Ого! С другой стороны, раз я тебя в таком положении застал…
– Да нет, до этого как часики работала.
– Ну тогда интереееесно. – смешно протянул он. – Бензин?
– Нет, дизель.
– Ого, еще интереснее.
Прикрепили трос и поехали. Расплатился на месте, он пожелал мне удачи, и уехал. А я пошел вызванивать Карнабеду.
– Сломалась, наконец? – спросил он, когда пришел, сразу поняв по моему виду цель визита, – а то я все думал, какая у тебя прекрасная машина, как заговоренная, все ездит и ездит…
– Так вот кто сглазил! – пошутил я, а потом вспомнил, что не знаю, понимает ли Карнабеда шутки и перешел к делу. А то если шуток не понимает, то и обидится может, а мне к чему единственного знакомого механика обижать? – Ну так экспортный вариант же, ясно, что качество получше, чем у обычных… Но да, все же когда-то и она должна была выйти из строя.
– Аккумулятор, свечи проверял?
– Да, – улыбнулся я. – Все в порядке, а глохнет все равно.
– Ну тогда оставляй. Закатим ее и проверим. Когда за ней приедешь?
– Вечером уже, похоже.
Пожали друг другу руки и разошлись.
Да уж, беда. Привык я уже на машине ездить, расслабился. И как назло, мои сегодняшние лекции серьезно так раскиданы по Москве, с учетом того, что своя машина есть. Работаю сегодня по баням московским. Персонала там солидно, они тоже люди, для них тоже государство предусмотрело лекции по линии «Знания». На общественном транспорте не успею. Выход один – пошёл звонить в таксопарк, по заветному номеру.
Отозвались сразу, машину пообещали прислать к 13.00 к Селезневским баням. Туда я сам доберусь для первой лекции, а оттуда уже в Сандуны поедем, и по другим адресам… Стал прикидывать, сколько таксисту дать за три адреса и длительное ожидание между ними? Наверное, двадцать рублей минимум… Так-то и десятки бы хватило, наверное, но это уже как бы вип-заказ… Так что нечего и жадничать…
***
Перелет в Сан-Кристобаль заставил Диану понервничать. Самолет был совсем небольшой, на двенадцать мест. Внутри он выглядел очень красиво, Диане понравились удобные большие кожаные кресла, да и в целом убранство салона. Но когда через час полета они попали в зону турбулентности, все мысли о внутреннем убранстве самолета вылетели у Дианы из головы. Самолет трясло нещадно, кидало из стороны в сторону. Казалось, что еще немного, и его просто кинет, как щепку, об землю, и на этом их путешествие завершится вместе с жизнью. Так страшно Диане не было никогда. Даже когда трясти самолет перестало, она осталась сидеть в кресле пристегнутой, вцепившись в поручни. И так и просидела до самого конца полета.
