— В общем, давайте подводить нашу встречу к финалу. — сказал Захаров. — Вы двое поработали прекрасно, проделанной работой я очень доволен. Цифры по крымскому хозяйству, которое мы планируем взять под свою руку, очень впечатляют. Что касается предложения Ивлева покончить с фальсификатом продукции винозаводов, то помимо моральной стороны дела есть и другие серьёзные основания для этого. В этих играх с подделкой вина можно очень легко доиграться до очень неприятных последствий. Добавят в разбавленное вино не тот вид спирта, чтобы общий градус выдержать, и люди начнут массово в больницу попадать. А это может привести к очень серьёзной проверке винозавода со всеми вытекающими последствиями. Так что да, я согласен, что с этим нужно будет заканчивать. Никто не мешает просто производить больше качественной продукции.
Я кивнул. Услышанное мне очень понравилось.
— Значит, теперь финальное резюме. Я думаю, что Павла мы можем отпустить обратно к жене и детям в Палангу. Андрей Юрьевич тоже заслужил отпуск. На мой взгляд, оставленный вами заместитель вполне компетентен.
Думал, что все на этом. Но немного подумав, Захаров сказал мне:
— Павел, все же, когда дело будет подходить к концу, я тебя вызову из Паланги, чтобы мы могли всё обсудить. Мало ли там какие-нибудь ещё обстоятельства всплывут?
Я немедленно согласился без всяких колебаний. Для меня же главный смысл всех этих манипуляций — обезопасить Загита. Деньги… Что, мне сейчас не хватает денег? Я все это затеял, потому что мне нужно было связать Николаенко по рукам и ногам, чтобы он точно никаких шалостей в адрес Загита больше не допускал. Начнет работать на нас, это и будет гарантия безопасности моего тестя. Тогда можно будет Загиту телеграмму послать, что все в порядке. А как я это сделаю, если даже не буду знать в Паланге, на какой сейчас стадии находится вся эта операция? Время, конечно, еще есть, у Загита хватает работы в своем пансионате, но нужно же учитывать, что они с Анной Аркадьевной нервничают. Мало ли что я им пообещал предварительно, они хотят услышать, что все уже получилось и точно можно расслабиться…
— Вот на этой бумажке мой адрес в Паланге, Виктор Павлович. Так что просто велите помощнику прислать на этот адрес телеграмму, и я немедленно выеду в Москву.
На этом и договорились. Захаров и Мещеряков, попрощавшись со мной, вылезли из моей машины под дождь. Впрочем, зонтики у них были, так что за них я не переживал. У меня вообще больше оснований переживать не было на этой стадии. Довести дело до конца займет минимум несколько дней, вот все эти дни я могу просто расслабляться в Паланге с семьей, в ожидании телеграммы. Захаров опытный аппаратчик, все, что ему нужно было, чтобы прижать дядю с племянником, мы с Мещеряковым ему дали. Уверен, что тянуть он с тем, чтобы воспользоваться всеми козырями, он не будет, это не в его стиле.С козырями же как — сегодня они есть, а завтра их может и не быть. Жизнь штука непредсказуемая, и действовать лучше тогда, когда ты максимально готов. Виктор Павлович точно это знает, с его-то карьерным опытом…
Вернулся домой. Собрал вещи, что сделать было совершенно несложно, учитывая, что в Палангу надо было везти почти все то же, что я брал с собой в Крым. Поднялся наверх к маме, чтобы сообщить, что снова уезжаю в Палангу. Прихватил с собой заранее запасенные к рождению малыша памперсы нужного размера. Тихонько поскребся в дверь, никто не услышал. Повторил уже тогда чуть сильнее. Услышал шаги, и тут же дверь распахнулась. Надо же, Эльвира!
— Привет, внучок! — обняла она меня, — ну как тебе братик? Правда, красавчик?
— Что есть, то есть, бабушка! — ответил я. — Ты на смотрины приехала, или задержишься?
— Взяла отпуск на три недели, все же я не в поле работаю, согласились пойти в правлении навстречу. Буду Поле помогать с малышом управляться, а то она уже и забыла небось все.
Вот в этом вся Эльвира. Командир, который всегда прав! Непоколебимая уверенность, что она точно знает, как лучше. Куда уж там дочери помнить, как с младенцами обращаться, словно она и не помогала совсем недавно Галие с нашими малышами…
Впрочем, с бабушкой я теперь прекрасно ладил. Она была очень довольна превращением внука-слюнтяя, сиганувшего с моста, в деловитого и спортивного парня. И тем, что я женился на девушке, с которой она намного раньше меня познакомилась, и ничего плохого о ней сказать не могла, только хорошее, тоже была очень довольна. Что уж говорить про двоих правнуков!
Прошел в квартиру, тут же меня потащили завтракать. Раз бабушка на месте, то теперь можно не бояться объесть родителей новорождённого, готовить она будет много, хватит всем. Так что второй завтрак пришелся вполне ко двору. Угощаясь, я строил планы. Надо загнать машину в гараж, вызвать такси, и ехать в аэропорт. Вот будет сюрприз для Галии, когда я неожиданно приеду!
