Какой конкретно долг есть у Ивлева перед комитетом, Муравьев не стал спрашивать, да и Румянцев сам бы не рассказал, если бы тот спросил. Некоторые вещи по поводу своих агентов разбалтывать даже тем, кто тебя замещал в общении с ними, пока ты был в отпуске, не стоит. А ведь Ивлев тогда просил за задержанного музыканта, и Румянцев пошел ему навстречу. С другой стороны, долг остался, и еще ему может пригодиться, когда на Ивлева нужно будет надавить.
Румянцев даже подумал, не позвонить ли Павлу, расспросить, как лето прошло. Но потом решил, что лучше дождется, когда Вавилов из отпуска выйдет, и, наверное, сразу велит Ивлеву провести какую-нибудь очередную лекцию. Тогда с ним и пересечется.
Ну а пока что лучше взяться за те дела, которые позволят ему прямо сейчас произвести хорошее впечатление на нового начальника. А вдруг повезет, и он действительно предложит ему стать своим заместителем?
Когда утром, наконец, добрались до деревни, выдохнул с облегчением. Дорога в этот раз получилась нервная. Наших мальчишек неожиданно укачало. Пришлось несколько раз делать остановки, гулять на свежем воздухе.
В машине Ахмада вообще был концерт. Ринат оказался ни секунды не путешественник. Я думал, что он, как все приличные младенцы, будет сопеть в две дырочки, едва машина с места тронется. Куда там! Орал всю дорогу. Ничего не помогало.
— Вы может езжайте уже вперед. Быстрее на месте будете, — предложил я им во время очередной нашей «санитарной остановки». — А то у нас парни сегодня тоже бастуют, сами видите. Чувствую, не раз еще гулять будем вдоль обочины.
— Да нет, наоборот, — махнула рукой бабушка. — Мы с удовольствием погуляем немного, подышим. Ринат кричать перестает, только когда машина останавливается. Хоть передохнем немного, от рева его голова трещит.
— Голосистый парень, моя порода, — усмехнулся Ахмад. — Петь хорошо будет, как вырастет.
— Главное не оглохнуть нам до этого, чтоб хоть послушать, — хмыкнула скептически Эльвира.
Аполлинария в это время сидела в машине с открытой дверцей и тоже отдыхала, пока Ринат дал им передышку.
Так и продолжали ехать вместе, периодически останавливаясь.
Где-то на третьей примерно вынужденной остановке нас догнали Эль-Хажжи. Удивленно вышли оба из машины, припарковавшись за нами. Услышав, в чем дело, сочувственно потрепали мальчишек по головам. Попросили их поехать вперед, предупредить Никифоровну и дедов о задержке.
— И скажи Никифоровне отвару заварить побольше из мяты с ромашкой, — попросила бабушка Диану, — детям всем троим подойдет. Искупаем сразу, чтоб успокоились, а старшим и попить немного можно.
Эль-Хажжи укатили, заверив, что все сделают. А мы остались на дороге гулять…
Когда остановились в следующий раз, за нами неожиданно припарковался у обочины незнакомый жигуленок.
— Кого это там наши прогулки заинтересовали? — вопросительно наблюдал я за незнакомой машиной. К моему изумлению, из жигуленка выскочила Инна. Следом и Марат подтянулся.
— Здорово! — протянул я ему руку. — Привет, сестренка! — поприветствовал Инну.
— Что у вас случилось? — поинтересовалась сразу сестра, «включив доктора». — Укачало?
— Да, гуляем, — кивнул в ответ, — ничего страшного. Просто едем с остановками.
— Понятно, — кивнула Инна. — надо будет понаблюдать за ними, может, приболели. Раньше не укачивало ведь их?
— Нет, — покачал я головой.
— Ну, пока рано делать выводы, — подвела итог с деловым видом сестра. — Мало данных. Возможно также, что вестибулярный аппарат просто развивается. Поберечься надо, не ездить пока никуда с детьми, чтоб стабилизировались.
— Будем разбираться, — кивнул я, мысленно согласившись с частью про «мало данных».
— Мы тогда вперед лучше поедем, — сказала Инна, встревоженно обернувшись к машине. — А то если мой Сашка состояние ваших мальчишек заметит, цепная реакция начнется. Тоже будем останавливаться дальше всю дорогу…
— Тогда действительно поехали лучше. На месте потом поболтаем, — тут же подхватился Марат. — Ты же не против? — уточнил он у меня.
— Не против. Езжайте, конечно, — усмехнулся в ответ. — Но когда приедем, я хочу знать всю историю в подробностях, — добавил я, многозначительно взглянув на жигуль.
Марат улыбнулся во все тридцать два зуба, кивнул и шустро пошел к машине вместе с Инной. Перепугался небось, что Инкин малой ему новую машину испачкает, от наших «заразившись», — догадался я. — Вон как спешит, моим только рукой помахал.
В общем, когда мы подъехали к дому, там уже были все. Оказалось, что отец с Кирой и детьми тоже успели где-то в дороге нас опередить, не заметив.
Никифоровна с Кирой тут же бросились помогать маме с бабушкой и Галие с няней с детьми. Потащили их купать и отпаивать после тяжелой дороги. А мы с Ахмадом прошли в дом, поздоровались со всеми и упали на диван, облегченно откинувшись на спинку и вытянув ноги. Ну и отдых, приехать не успели, а я уже устал, — мелькнула в голове мысль.
