— Так у нас и машины нет. Что ты, туда будешь на электричках ездить с маленькими детьми на руках? Или в коляске мотоцикла?
— Спасибо, что сам напомнил, что у Паши машина есть, а у нас нет! — язвительно сказала Инна, — все равно нам дача нужна. Пока хоть деревья посадить, пусть хоть немного вырастут к тому времени, как очередь на машину подойдет.
— Когда это еще будет! — пожал плечами Петр, — тем более не забывай, что у нас еще и денег на эту машину нет. И не будет, если мы будем тратиться на поездки на дачу и все эти фруктовые деревья. Они, знаешь ли, не бесплатные. Ну и про взносы в кооперативе не забывай. Воду проложить, дорогу подсыпать, провода протянуть — бухгалтер кооперативный только и будут ходить за тобой по пятам — дай, дай, дай!
— Все с тобой ясно! — махнула рукой Инна, — не хочешь сам этим заниматься, я брата попрошу.
И вырвав свою руку из его, умчалась обратно к дому.
Петр, покачав головой, неспешно пошел за ней. Вот же неугомонная! Как втемяшится что в голову — не унять!
Мы с мужиками мясо нарезали на шашлык. Тарас с утра съездил на рынок, и привез четыре килограмма. Не самый лучший кусок свинины выбрал, я бы сказал, но мало ли не было ничего лучше.
— Как мариновать будем? — спросил Трофим.
— В минералку на сорок минут, и сразу и жарить. Как раз угли подоспеют, — сказал я.
— А минералка у нас есть? — спросил Тарас.
— Есть, боржоми, я привез, — ответил я.
— Боржоми жалко…
— Я много привез, ничего страшного.
Тут ко мне неожиданно, как тигр из кустов нападает на людей, выскочила откуда-то Инна.
— Паш, пойдем, поговорить надо. — сказала она.
— Ты иди, чего тут резать-то осталось, плевое дело, — сказал Трофим.
Ополоснув руки под алюминиевым умывальником, пошел вслед за Инной. Что-то она явно задумала…
— Паша, а в том кооперативе, где ты участок получил, нет еще участков дачных свободных? — перешла сестра сразу к делу.
Я аж мысленно вздрогнул. Чего-чего, а сестру свою я в одном кооперативе видеть рядом не хотел. Она девушка доставучая. Мне эта дача нужна, чтобы на ней расслабляться, а не чтобы напрягаться… А расслабляться невозможно, выслушивая ее очередные претензии к жизни. Не говоря уже о том, что КГБ больше не косячило в отношение меня, чтобы с них еще что-то требовать в компенсацию… И это очень хорошо, а то никаких нервов на комитет не напасешься… То устраивайся в НИИ Силикатов, то увольняйся, то снова устраивайся…
— Никак невозможно, — покачал я головой, — мне и так два участка выдали. За третьим если приду, никто не поймет.
— Да, точно! Два участка! Зачем тебе два? Может, мне второй просто тогда отдашь? Рядом будем жить! Я не смогу приехать — ты мне огород польешь. Ты не сможешь — я тебе!
Ну да, как же… Я даже догадываюсь, кто именно будет поливать соседский огород чаще, учитывая, что я свой заводить не планирую…
— Инна, я целенаправленно искал именно два участка рядом, не для того, чтобы один из них тут же отдать, — сдерживая раздражение, ответил сестре. — Я сад фруктовый запланировал, а на шести сотках это не сад получится, а садик. Тем более, что я не могу понять, в чем у вас с Петром проблема свой участок получить? Он военный, а их очень хорошо дачными кооперативами обеспечивают. Наверняка, если спросит в своем институте, тут же подскажут, где можно участок получить.
— Да он не хочет просто… Денег жалеет на обустройство. — надула губы сестра, намекая, что на меня обижена.
— Ну так вы тогда сначала договоритесь между собой, а потом уже, если он согласится, и о даче думайте, — пожал я плечами, не обращая внимания на ее обиды, — тем более вам однозначно надо брать дачу в садовом кооперативе для военных.
— Почему это? — удивилась сестра.
— Потому что Петру надо карьеру делать. На работе он с сослуживцами знакомится, это хорошо. Но еще и на даче друзей среди других военных заведет. Мало ли кто из них его опередит по карьере. Станет раньше большим начальником, и Петра к себе подтянет по дружбе. В любой профессии одно правило — чем больше у тебя друзей по профилю твоей деятельности, тем больше шансов карьеру сделать.
— Подожди-ка! — оживилась сестра.
И тут же закричала:
— Петя! Иди сюда!
Перепугано взлетели птицы с березы на обочине. А из окна высунулась голова бабушки:
— Ну Инка, ну что ты творишь! Двадцать минут твоего оглоеда укладывала!
Противно заплакал Сашка. Вот что значит не свой сын. От плача своих детей как-то так вот не кривишься…
Сестра тут же утащила меня за руку подальше к обочине. Петр появился буквально через минуту с пустыми шампурами в руках.
— Инна! Ну что еще? Мне шампуры отмыть надо! — раздраженно сказал он.
— Иди сюда, успеешь ты их отмыть! Паша тебе кое-что расскажет.
Ну, шанса уйти обратно от жены отбрехавшись, у него и не было… Наивный… Чего вообще огрызается?
Терпеливо повторил Петру все, что Инне рассказал про преимущества военного кооператива для карьеры.
