— Значит, так, Луиза, — перешел он к делу после того, как они поздоровались, и он предложил ей присесть напротив своего стола, — запомни, что в этом деле нам интересна прежде всего информация. Мы ни в коем случае не собираемся вербовать этого молодого человека, шантажируя вашими отношениями, или рушить его брак. СССР и ГДР близкие союзники, такие действия не отвечали бы духу нашего союза. Но, ты же сама понимаешь, что далеко не все, что нам интересно, наши союзники нам сообщают. У СССР огромное количество интересов по всему миру, это самая крупная страна в мире. И человек, работающий в Кремле, может знать кое-что из того, что наши союзники нам не говорят. Понимаешь?
— Конечно, камрад Баум, — с серьезным видом кивнула девушка, — мне все так и в Берлине говорили…
— Еще важный момент — постарайся не влюбиться в этого русского. Помни, что это ты охотник, а он — жертва. Не наоборот…
— Да и в мыслях не было! — возмутилась девушка.
— Так это и не на уровне разума, это на уровне эмоций, — улыбнулся Баум, — поэтому надо себя постоянно контролировать. Разведчиков часто посылают иметь дело с очень незаурядными людьми, а они поневоле вызывают симпатии. Поэтому следи за тем, чтобы симпатии не переросли во что-то более опасное. Если так вдруг случится, лучше сразу сообщи нам об этом, и мы просто отстраним тебя от этого дела. Найдем для тебя что-то другое, и никаких обид, никаких упреков, что ты не справилась. Понимаешь?
— Понимаю. И все же я постараюсь справиться! — упрямо тряхнула копной волос девушка.
— Молодец, что так серьёзно относишься к своему заданию, — добродушно улыбнулся Йохам, — И вот что еще. По всем важным вопросам обращайся ко мне, не стесняясь. Не только в том случае, если всё идёт по плану, и хочется сообщить о положительных результатах. Появились какие-то проблемы по заданию — заходи, может вместе что-то да придумаем…
— Хорошо, камрад Баум! — послушно кивнула девушка.
— Молодец. Тогда приступим к деталям твоего задания. Вот фотография Павла Ивлева. Не очень качественная, но что уж получилось сделать…
Луиза взяла протянутую ей фотографию и с интересом ее изучила. На самом деле, хоть Ивлева удалось сфотографировать только при движении по улице, узнать его по ней было довольно легко.
— Вы учитесь на разных курсах, в этом есть определённая проблема. Постарайся пересечься с ним в столовой, наверняка ее он должен посещать. Не так и сложно пройтись с подносом по столовой и постараться найти его. Дальше просто можешь спросить, свободно ли у него, присесть рядом и завязать общение.
— Хорошо, — кивнула Луиза, не отрывая взгляда от фотографии.
— Еще хороший вариант познакомиться с ним — найди на факультете главу Союза свободной немецкой молодёжи Мартина Нойлера. Насколько нам известно, он является близким другом Ивлева, и даже снимает квартиру в одном доме с ним. Познакомишься с ним, будет хороший шанс через него познакомиться с Ивлевым.
— Понятно.
— Ну тогда действуй. И не забывай про учебу!
Отпустив Луизу, резидент разведки ГДР в Москве задумчиво кивнул. Девушка произвела на него самое положительное впечатление. У нее однозначно есть сила воли, и она действительно хочет добиться результата, а не согласилась в Берлине на предложение Штази из-за слабохарактерности. И такое резидент тоже видел, когда люди просто боялись отказать Штази, а никого энтузиазма к работе не испытывали. Толку с таких агентов было очень мало.
Жаль, конечно, что нельзя ей сказать, что Мартин тоже агент Штази… Не настолько критичная ситуация, чтобы идти на это. Впрочем, такая красивая девушка точно сможет обаять и Мартина, чтобы добиться своих целей…
После Ионова я поехал в следующий пункт по своему плану. В редакцию газеты «Труд» к Ганиной. Поручение от Захарова написать цикл статей про комбинаты общественного питания есть, надо его выполнять. И не только потому, что он на ближайшей встрече вспомнит и спросит про него, но и потому, что я, фактически, сам на него напросился. По самым разным причинам.
Во-первых, хочется, после того кошмара, что я лично видел в детском саду, где детей внаглую объедали поварихи, помочь поменять систему общественного питания к лучшему. А для этого надо внимательно следить за его реформой. Ничего хорошего, если одну систему, в которой можно воровать у детей, поменяют на другую, где эта возможность останется. Так что я буду не только пропагандировать реформу в своих статьях, но и постараюсь ознакомиться со всеми изменениями, и в случае, если увижу слабые места, тут же буду докладывать Захарову, чтобы он их исправлял. Все необходимые полномочия у него есть…
Во-вторых, чем больше статей в «Труде» опубликую, тем быстрее вступлю в Союз журналистов СССР. Что тянуть-то? Сразу мои гонорары подрастут, и в газете, и на радио… И наверняка там и другие бонусы будут… Возможно, членство там станет хорошим подспорьем, чтобы вступить побыстрее и в Союз писателей СССР, про который говорят, что в нем еще лучше, чем в Союзе журналистов…
