– Ну что же, синьор Ринальди, – подытожил их разговор Тарек, – считаю, что вы справились с вашей работой. Сейчас выпишу вам чек. А что, кстати, вы сделали с тем мафиози, которого задержали в цветочном магазине?
– Отпустили его немедленно, конечно, – пожал плечами детектив. – Как только выяснили, что он член сицилийской мафии. К счастью, он не знает, кто и от кого мы. Мы же не представлялись. Вполне может решить, что это наезд другой сицилийской мафиозной группировки, которая пытается влезть в их бизнес, наняв для прикрытия северных итальянцев.
– Будем надеяться на это, – сказал Тарек.
Отправив Ринальди с его заслуженным чеком за проделанную работу, Тарек подошёл к окну и задумался, глядя на огромное зелёное дерево рядом с его офисом. Да уж, не предполагал он, переезжая в Италию, что здесь тоже есть свои особенности. Да еще и такие…
В принципе, нечто подобное было и в родном Ливане после того, как туда прибыли сотни тысяч сбежавших от израильтян палестинцев. На территории лагерей беженцев тоже царит сплошное беззаконие. Ливанские власти не имеют там влияния. Но сицилийцы же природные жители этой части Италии, а не беженцы…
– Как же так вышло, что они настолько не похожи на остальных итальянцев? – вслух произнес Тарек.
Впрочем, вдаваться в исторические экскурсы он не собирался. Он в этом не был силён и не собирался в будущем специализироваться. Так что, тряхнув головой, перестал сравнивать Италию с родным Ливаном, и вернулся к главному вопросу: что же ему теперь делать?
Мафия – это бандитская группировка. Как работают бандитские группировки, он прекрасно понимал. Если он отойдёт в сторону и не будет чинить препятствий этому контрафактному бизнесу, тот будет только расти. Кто же удержится от больших денег, которые сами падают в руки без всяких проблем?
Если эти мафиози смогут хорошо зарабатывать на его чемоданах без всяких препонов, то они скоро откроют вслед за первым заводом и второй, а потом и третий, уповая на то, что никто их не достанет на территории Сицилии.
Правда, есть и другой вариант: преследовать эту контрафактную продукцию на территории остальной Италии, где у сицилийцев слишком коротки руки, чтобы подчинить себе полицию и суды. Теперь, когда он хоть примерно знает, откуда идут эти чемоданы, нет больше смысла выжидать. Можно напускать на эти магазины, что торгуют подделками, полицию. Контрафактные чемоданы будут арестовывать, владельцев магазинов, в которых они реализуются, будут штрафовать. Мафия будет присылать своих посыльных, а им ничего не будут давать, потому что товар не продан, а конфискован. Более того, разозлённые штрафами владельцы магазинов откажутся вести дальше дела с этими мафиози.
Но тут он вспомнил про то, что сказал Ринальди. Что если он прямо вступит в конфликт с бизнес-интересами сицилийской мафии, то мафиози немедленно пришлют убийц или разместят заказ на убийство. Под ударом окажется не только он, но и его сыновья. А он как раз только что выписал Фирдауса из достаточно безопасного с этой точки зрения Советского Союза к себе в Европу…
Тут он вспомнил ещё кое-что, что дополнительно ухудшило его настроение. А ведь с Фирдаусом приедет Дина. Он, конечно, рассчитывал на то, что она займётся рекламной частью его бизнеса. Но это же Дина, которая лично убила одного сицилийского мафиози и не побоялась пойти на десяток мафиози с одним лишь автоматом Калашникова. А еще она при помощи автомата остановила террористов, которые иначе утащили бы его сына в джунгли Колумбии. И не факт, что однажды удалось бы его оттуда вернуть.
Стоит ей только узнать, что кто-то пытается разорить завод, причем завод, пять процентов акций которого находятся в её собственности, как она немедленно начнёт искать, у кого снова купить Калашников, чтобы лично отправиться на эту Сицилию и там всех перестрелять. Да, эта девушка – настоящий прожжённый бизнесмен, готовый защищать свой бизнес и свою семью любыми путями.
Так что, получается, что Дине об этом нельзя говорить ни в коем случае. Иначе он рискует потерять свою невестку, которой так гордится. При всём её азарте десятки тысяч боевиков – это не тот противник, который кому-то подвластен.
Тут же перед ним возник ещё один вопрос: а Фирдаус? Может он рассказать все собственному сыну? Окажется ли тот способен держать язык за зубами, не рассказав своей супруге? Очень хороший вопрос, на который Тарек сам не знал ответа.
Он не имел иллюзий. Сейчас именно Дина своей энергией увлекает его сына за собой. В их связке она ведущая. Так что ему нужно очень хорошо подумать, говорить ли что-то вообще Фирдаусу по поводу всей этой ситуации с сицилийскими бандитами, что пытаются отнять часть прибыли от его бизнеса…
***
Навестив в больнице Луизу и притащив ей всего, что она попросила, Мартин на следующий день поехал к куратору. Как глава Союза свободной немецкой молодежи он должен был держать того в курсе всего, что происходит со студентами из ГДР.
– Здравствуйте, камрад Баум, – поприветствовал Мартин куратора, зайдя.
