— Но, как же… — немного заикаясь, начал говорить Андриянов, совершенно не ожидавший такого поворота. — Нет-нет, я не отказываюсь, — сразу затараторил он, увидев изменившееся выражение лица председателя, — просто два месяца ведь всего… А надо же заявление подать. Да пока рассмотрят и дату назначат… И свадьбу спланировать… Я никак не успею за такой короткий срок.
— О, вот об этом даже и не беспокойтесь, Антон Григорьевич, — улыбнулся совершенно искренне Блащицкий, снова переходя на «вы». — Ради такого случая уж я помогу вам. Вы же наш сотрудник, а я своим всегда помогаю. Вам не говорили разве об этом? Поверьте, есть у меня возможности. Любую дату выберем. Да хоть на следующей неделе, хотите?
— Не надо, — замотал головой полностью сбитый с толку Андриянов, — невеста не успеет наряд выбрать… И гостей позвать надо…
— Ну хорошо, — милостиво согласился председатель, — невесту надо уважить, дать время подготовиться. Попозже, значит, дата будет. Как скажете. Ради такой большой любви все сделаем в лучшем виде… Через неделю зайдите, сообщите, когда конкретно свадьба будет. До Нового года…
Отправив полностью обескураженного Андриянова работать, Блащицкий довольно хрустнул пальцами. Настроение у него значительно улучшилось. За нос он меня водить вздумал, прохиндей. Не хочет сам жить по-человечески, научим, как нужно среди людей жить… — хмыкнул он.
— Элла Петровна, чайку мне принесите, пожалуйста! — сказал он, нажав кнопку селектора.
Фирдаус не сразу решился набрать номер японского посла с визитной карточки.
Так-то он, конечно, не впервые с человеком с таким статусом общаться будет. В том же самом Ливане ему приходилось с отцом регулярно посещать различные дипломатические мероприятия. Но всё же вести разговоры с послом той или иной страны в Ливане и с послом в Советском Союзе — это две большие разницы.
Ну кого могут отправить в крошечный Ливан? Как правило, дипломата, который находится либо на старте своей карьеры, либо сильно проштрафился.
А вот в Советский Союз, ядерную сверхдержаву, конечно же, отправляют самых серьёзных и опытных акул дипломатического бизнеса. Это матерые волчары… Это уже, как говорится, совсем другой калибр.
Тем не менее дело надо сделать, поэтому он снял трубку и набрал номер. Попал, конечно же, на секретаря посла. Но тот, тут же услышав, что он звонит по поводу разговора на дипломатическом приёме, и у него есть договоренность об этом звонке, переключил его на посла. Та небольшая робость, что была у Фирдауса перед тем, как он набрал посла, абсолютно пропала, когда он приступил к разговору. Натренирован он все же был хорошо.
Участвовать в серьёзных деловых переговорах с отцом было бесценным уроком для Фирдауса как переговорщика. Тарек, когда нужно, вёл переговоры жёстко. Тарек, когда нужно, вёл переговоры вежливо. Но ни разу он не видел отца робким или стесняющимся во время разговоров с кем бы то ни было. Так что он и сам усвоил эту манеру и, когда дело доходило до серьёзных вопросов, вёл себя уже абсолютно уверенно.
Самое главное, что Фирдаус, после того, как назвал, по какой причине набрал посла, тут же уловил заинтересованность в голосе того, после чего сам выдохнул с облегчением. Паша всё же студент, хоть и добился многого. Мало ли, он неправильно понял слова посла на том мероприятии, где с ним встретился. Может, тот просто сказал ему вежливое «да», чтобы не отказывать, когда он предложил развивать бизнес-отношения с его родственниками из Италии…
Так что эта заинтересованность в голосе посла тут же сказала Фирдаусу всё, что он хотел знать. Они действительно будут обсуждать серьёзные вопросы, а не тратить зря время друг друга.
Спустя ещё минуту Фирдаус положил трубку с приятным удивлением –все явно выходило даже лучше, чем он рассчитывал. Он надеялся получить обещание посла, что тот присмотрит по нужному ему спектру возможных партнёров в Японии. И когда он перезвонит, назовёт ему телефоны и имена, по которым с ними можно связаться.
Но вместо этого посол пригласил его к себе в посольство. А это дорогого стоит — это уже максимальный уровень заинтересованности, на который он мог бы рассчитывать при общении с человеком уровня посла…
Два часа спустя они сидели друг против друга в уютных креслах в огромном, но тем не менее очень удобном кабинете посла. Тут даже сад из песка и камней имелся, правда, разбитый на небольшом низком столике, что стоял как раз между их креслами. Фирдаус видел уже как-то такой в натуральную величину, разбитый около дома знакомого японца в Ливане. Но вот такой декоративный ему попался в его практике впервые…
Через минуту после начала беседы помощница посла — красивая миниатюрная японочка — принесла ему и послу кофе и большой поднос с десятком разных по цвету моти.
Минут пять они, как положено, поговорили о жизни в целом.
Затем Фирдаус без всякого понуждения немного рассказал о истории своей семьи, о её переезде в Италию, о том успешном заводе, который они основали в Больцано.
