— Здравствуй, Павел! Появились те японцы, про которых ты говорил. Только ранг конференции подняли — вместо студенческой конференции она будет полноценного научного уровня. Запиши себе название, которое пока что японцы предложили: «Экономическая футурология на примере перспектив экономики СССР и японской экономики».
— Надо же, подняли уровень! — сказал я, записывая.
— Да. Впрочем, это лишь повышает важность твоей инициативы. Поэтому я включаю тебя в оргкомитет конференции…
— Но я же студент… — удивился я.
— Пойдёшь как референт Президиума Верховного Совета. В общем, если так утвердят, то готовься — после возвращения с Кубы, нужно будет помочь с организацией…
— Понятно, помогу. — сказал я.
Попрощались, положил трубку. Ишь, как японцы развернулись… Видимо, послу так понравились мои выкладки по японской экономике, что решил послушать других советских специалистов по ней, судя по названию конференции. Надеюсь, они у нас есть вообще на факультете…
Звонок от замдекана напомнил мне о ноябрьской конференции в МГУ, на которую я тезисы Эмме Эдуардовне подать обещал. Начал и их тоже готовить… Погряз я что-то в бумагах совсем…
Вспомнил, что Шанцев с Ахмадом вчера праздновали «приземление» Вагановича в камеру с высоких позиций. Любопытно стало, как там у них все это прошло. Выглянул в окно — машины Шанцева уже нет. Значит, уехал… Набрал маму по телефону.
— Паша? Что звонишь, с детьми все хорошо? — тут же всполошилась Поля в своем фирменном стиле.
— Все хорошо, мама, не волнуйся! Практически выздоровели уже парни. Я просто позвонил узнать, как у вас там вчера празднование прошло… Шанцев же приезжал…
— А, ну это да, напраздновались они, конечно… Их вчера глубокой ночью Вася-негр привез на такси из ресторана какого-то в ужасном виде, по очереди их домой затаскивал. Шанцев как-то оклемался, и домой поехал с полчаса назад. А Ахмад с больной головой все еще спит…
— Так они что, и Васю подтянули праздновать? — удивился я.
— Ну да, его, — сказала Полина. — И правильно сделали. Могли в таком виде на проблемы нарваться. А так кто их тронет, когда они с майором милиции вместе пьют…
Ну, так-то верно… Глубоко правильное со стратегической точки зрения решение.
Меня вот только не позвали. Ваганович арестован, а я словно и не причем… Как будто без меня было бы вообще что праздновать… Вот уж эта эпидемия ветрянки некстати пришлась. А с другой стороны, что бы я там в ресторане с ними трезвый делал, когда они в дрова напились на радостях? Мне вообще пить много нельзя, ибо я такое могу рассказать, что никому знать обо мне точно не стоит…
В четыре часа дня позвонил Фирдаус.
— Паша, привет, — сказал он. — Я надеюсь, ты ещё с собакой своей не гулял? Погода сегодня вроде неплохая. Если я приеду через час, можем с тобой прогуляться?
Я посмотрел в окно — там явно собирался дождик. Впрочем, какая разница, мы же всё равно с Фирдаусом ведем такой разговор на тот случай, если прослушка на телефоне есть. Не факт, что потом, через несколько дней, когда разговор перепишут на бумагу и знакомиться с ним будут, станут разбираться, какая именно погода была спустя час после этого разговора в этом районе Москвы. Ну а если даже и дождь — то мало ли мы с Фирдаусом считаем хорошей погодой для прогулок именно дождь. У меня и самого в прошлой жизни была парочка знакомых, которые очень любили под дождём прогуливаться, так что не сказал бы, что это вообще какая-то экзотика.
Очень кстати этот звонок пришелся. Я уже заработался так, что спина начала намекать, что заболеть может. И голова уже почти чугунная. Договорились, что я через 50 минут просто на улицу с Тузиком выйду и погуляю, пока он не подъедет. Так и сделали.
Впрочем, долго ждать араба не пришлось. Фирдаус прекрасно уже знает Москву и время рассчитывает очень точно, когда куда-то едет. Так что он приехал, вышел из машины, и мы принялись неспешно прогуливаться вокруг нашего квартала.
— Я так понимаю, у тебя уже получилось с послом Японии переговорить? — спросил я Фирдауса.
— Да, ты знаешь, сам очень удивился, но он не просто со мной переговорил по телефону, он меня к себе ещё и в гости в посольство позвал. Представляешь, у него там прямо на столе сад камней устроен, очень забавно выглядит, — и Фирдаус было начал рассказывать дальше, но я поднял руку, останавливая его:
— Погоди, какая-то у меня мысль в связи с этим в голове мелькнула… А, понял! Вот как раз тебе дополнительная коммерческая идея: достаточно скоро всё японское станет очень популярно в Европе и в США, и вот в этот момент надо выйти на рынок, продавая вот такие портативные сады камней. Приличные деньги получится заработать.
