Молодой вдове тяжело обходиться без любви. Чтобы скрасить одиночество, я покупаю себе в дом мужчину для утех, но мой телохранитель почему-то очень злится из-за покупки нового невольника. Да он просто в бешенстве! Рвет и мечет! А потом решает доказать, что он, эльфийский боевой маг, способен ублажить меня лучше любого постельного раба.От автора: Самостоятельный рассказ по миру Альеры из цикла «На цепи». Читается отдельно.Здесь нет мжм и любовных треугольников, зато ревности в избытке.
Анна Жнец
— Может, вам подойдет кто-нибудь из этих? — устало посмотрела на меня хозяйка питомника для рабов, и в ее больших, подведенных сурьмой глазах я прочла: «Какая же капризная клиентка попалась мне в этот раз. Всё ей не так. Сама не знает, чего хочет».
Я невольно покосилась на своего телохранителя: белокурый великан, обнаженный до пояса, наблюдал за происходящим, сжав кулаки. Его могучая грудь казалась высеченной из мрамора. За широкой спиной можно было укрыться от любых невзгод. Хозяйка питомника ошибалась: я знала, чего хочу.
В просторный зал, украшенный росписью, вошли трое рабов. Все они были в набедренных повязках, чтобы показать мне красоту своих тел. Босые ноги тихо зашуршали по каменной плитке пола. Мужчины выстроились передо мной в ряд и низко склонили головы в жесте покорности.
— Ты только взгляни на них, Амани́! — моя подруга Хатиль, которую я взяла с собой в качестве поддержки, восхищенно вздохнула. — Они совершенны!
— Элитный товар! — поддержала ее торговка и посмотрела на меня с надеждой, ведь до этого я забраковала больше дюжины ее питомцев. — Послушны, воспитаны, искусны в любовных играх. Ни одного упрямого или ленивого раба. Всю дерзость мы выбили из них палками. Те, что сейчас стоят перед вами, — шелковые. Все услужливы и по первому щелчку бросаются исполнять прихоти хозяйки. Их языки умелы, руки нежны, чресла крепки. Они обучены тако-о-ому! Тако-о-ому! — женщина с упоением закатила глаза.
Эльдарион, мой охранник, напрягся и недовольно запыхтел. Краем глаза я заметила, что его ноздри раздулись, а кулаки сжались крепче. Похоже, ему здесь не нравилось. Впрочем, какому эльфу понравится место, где торгуют его сородичами?
— Оцените белизну их кожи! — торговка принялась нахваливать свой товар. — Ни следа загара. А волосы! — она остановилась рядом с одним из невольников и пропустила сквозь пальцы длинную прядь его волос. — Чистое золото.
В этих краях, обожженных солнцем, где все мужчины и женщины сплошь смуглолицы и чернобровы, светлая кожа — редкая диковинка, а блондины и блондинки считаются красивыми безусловно.
В который раз за день я украдкой взглянула на Эльдариона. Волосы у моего охранника были до пояса и серебрились, как свет луны, а вот бледными покровами, присущими его расе, он похвалиться не мог — за годы жизни в Сен-Ахбу его крепкое тело успело окраситься золотистым загаром. Неудивительно. Он ведь не изнеженный раб для утех, не покидающий господскую спальню, а боевой маг и много времени проводит под злым солнцем пустыни, защищая меня и мой дом.
— А лица! Какие у них лица! — хозяйка питомника взяла ближайшего к ней раба за подбородок и заставила поднять голову. Шелк волос скользнул по щекам мужчины. Нашим взорам открылись черты лица изумительно тонкие и гармоничные.
Хорош, вне всяких сомнений, но внешность Эльдариона я находила более мужественной.
— А между ног как сочно! — торговка задрала на эльфе набедренную повязку.
Под куцей тряпочкой не было белья. Мои скулы вспыхнули. Хатиль задышала шумно и тяжело.
— Поглядите, какой крупный! — женщина взяла со стола указку и этой деревянной палочкой приподняла расслабленный член невольника, словно предлагая оценить его размер.
Раб отчужденно смотрел в сторону, пока его мужское достоинство бесстыдно демонстрировали всем желающим. Похоже, для него это было не впервой.
— И это он в покое. А вообразите, каким он будет, когда к нему прильет кровь! Сколько удовольствия можно доставить таким орудием!
До меня донесся скрежет зубов — играя желваками, Эльдарион переступил с ноги на ногу.
— А яйца! — указка легонько похлопала по тяжелым, налитым шарам между ног невольника. Раб поморщился от неприятных ощущений, но почти сразу вернул лицу пустое, отстраненное выражение. Я поняла, что он пытается отрешиться от происходящего. — Сколько в них семени! Какие фонтаны он будет устраивать вам в постели!
— Амани, надо брать! — вцепилась мне в руку подруга.
Я почувствовала на себя тяжелый, напряженный взгляд Эльдариона.
— Мой товар отборный! — пыталась дожать меня торговка. — Все мои мальчики роскошно оснащены. От вялых и мелких я избавляюсь. Оставляю только лучших.
Она прошлась мимо эльфов, выстроенных в ряд, указкой задирая на них набедренные повязки.
Мужчины из питомника и правда были хороши собой, но…
Я оглядела их торсы — рельеф был едва заметен. Затем я покосилась на поджарый живот своего телохранителя: под золотистой кожей бугрились все шесть кубиков пресса. Эльдарион был на голову выше всех мужчин в этой комнате, значительно шире их в плечах. У местных рабов грудь была плоская, а у него выпуклая, мускулистая. Мышцы на его руках напоминали волны.
Хатиль поймала мой взгляд, скользящий по телу охранника, и покачала головой.
— Приглянулся ли вам кто-нибудь? — хозяйка питомника уставилась на меня в ожидании.
Прежде чем я успела открыть рот, в тишине нарядного зала прогремел густой низкий голос Эльдариона:
