– Мне неудобно перед вами Мария Петровна, но придется переписывать и переделывать вашу работу. Вы, как работник штаба, все понимаете?
– А что писать? – На удивление быстро сдалась обладательница сломанного и посиневшего от казенной синей краски ногтя.
– Дайте, чистый лист бумаги, я вам сейчас текст напишу, – спокойным тоном сказала Женька.
– Господи, а я думала поехать домой, утром свежую рыбу по дешевке купила, – с горечью в голосе произнесла Мария Петровна, протягивая Женьке чистый лист бумаги.
Теперь Комиссар знала, что неприятный протухший запах исходил не от сохнущих на стене плакатов, а от свежей рыбы художницы, которая подобно политическим событиям в Закраине могла протухнуть в любую минуту.
Александр Куликов мог Женькой гордиться, ей удалось быстро найти общий язык с Марией Петровной. Ларчик открывался просто. Немного лести, адресованной художнице, потом ссылка на руководство центрального штаба в Киевске и дело сделано. Небольшая ложка лжи, а какой предсказуемый результат. Если бы Женька дала распоряжение штабной художнице от себя лично, это бы вызвало у необъятной в размерах дамы шквал возмущения. Свежая рыба! Ради нее художница разделается с любым, кто посмел посягнуть на святое – обед для всей семьи.
Первая часть задания выполнена, предстояло выполнить вторую ее часть, встретиться перед началом митинга с Жоркой Волкодавом. Хорошо, что у Стервы сегодня день рождения, значит, с Жоркой есть повод пообщаться в неформальной обстановке за рюмкой водки и передать ему привет с маленькой просьбой Александра Куликова, не выставлять на всенародное посмешище митинг на площади Фестивальной. Митинг партии власти, «Партии Губерний», чей кандидат упал в обморок от обыкновенного куриного яйца. Смешно, и так горько! Митинг в поддержку пострадавшего Виктора Япановича сегодня состоится во всех областных центрах Закраины, город Задорожье не исключение. Какой шикарный повод для оппозиционных сил от души посмеяться…
На телекомпании «Полет» любили праздновать дни рождения. В столовой на первом этаже именинник накрывал длинный стол, куда небольшими группками стекались поздравить виновника торжества сотрудники из всех редакций.
У Татьяны Васильевны Стервозовой прекрасное настроение. Она выпила запредельное количество вина, заметно расслабилась и готова целоваться с любым, кто осмелился приблизиться к ее всемогущему образу руководителя с поздравлениями и «телячьими нежностями». Так редактор службы информации называла процедуру приема подарков. За многие годы общения с ней сотрудники четко усвоили, что именно необходимо дарить Татьяне Васильевне: красные розы, французские духи или, в крайнем случае, французскую высококачественную косметику. Усвоили и дарили, дорогой парфюмерии Стервозовой хватало до следующего дня рождения. И так повторялось из года в год. Духи со сладким, стойким запахом получили постоянную прописку в редакции службы информации, напоминая ее постоянным обитателям, кто в редакции хозяйка.
Жорка Волкодав любил женщин, пользовавшихся тонкими, терпкими ароматами, от приторной сладости которых голова не кружится. Со вкусами Волкодава в редакции никто не считался, работа не предполагает романтики и любви, ненависти тоже. Жорка ненавидел омерзительный сладкий запах, который пропитывал его одежду, коротко стриженые волосы, проникал в сокровенные уголки его мужской натуры. Если бы духами с таким запахом пользовалась в редакции любая другая женщина, он бы извёл ее насмешками, заклевал остротами. Стерва – особый редакционный статус, она начальник, а значит, предстоит терпеть и молчать. Волкодав терпел и молчал согласно нормам, существовавшим в редакции информации на прояжении многих лет. Сегодня день рождения, а значит необходимо улыбаться, засыпать комплиментами начальницу. Я б ее засыпал, Жорка представил, что каждое произнесенное им слово в столовой родной телекомпании имеет форму и вес кирпича. Засыпал, чтоб никогда больше его не морили удушливым запахом сладости, не сверлили колким взглядом, не утюжили критикой. От этих крамольных мыслей Жорке стало весело, когда подошла его очередь произносить тост в честь именинницы. Он не сдержался и нагло улыбнулся, налил себе полный стакан водки. Поймал вилкой неуловимый маринованный гриб, который в течение нескольких секунд, показавшихся Жорке вечностью, беззаботно скользил шляпкой по дну пластиковой тарелки залитой подсолнечным маслом и наотрез отказывался быть закуской. Гости, засмотревшиеся на неуставные отношения Волкодава и маринованного гриба, с облегчением вздохнули, когда обладатель острой вилки виртуозно изловчился и как профессиональный тореадор проткнул скользкую шляпу одноногого беглеца. Ромка Безухов, невольный свидетель незаурядного события, решил повеселить толпу, он схватил бумажную салфетку и стал изображать клоуна на арене, но опоздал, коррида с участием маринованного гриба завершилась быстро, его шутовства никто не заметил. Волкодав деловито откашлялся, прищурил глаза и предпочел беспардонно наврать:
