Франсина присела, чтобы лучше думалось. Жи-вунг потер лоб.
– Утопия?
– Ну да, утопия! В
Она заколебалась.
– Более что? – насмешливо сказал Нарцисс. – Более милое? Более мягкое? Более забавное?
– Нет, просто более человечное, – выговорила Жюли своим теплым, глубоким голосом.
Нарцисс расхохотался.
– Ребята, мы попали. Жюли скрывала от нас свои амбиции.
Давид пытался понять:
– Что ты понимаешь под «более человечным» обществом?
– Сама еще не знаю. Но узнаю.
– Жюли, скажи-ка, тебя не задело во время потасовки с полицейскими? – спросила Зое.
– Нет, а что? – недоуменно ответила девушка.
– Там... на твоем костюме пятно.
Жюли завернула подол платья и удивилась. Зое была права. На нем действительно было пятно крови от раны, которую она даже не чувствовала.
– Это не рана, это другое, – сказала Франсина. Она увлекла Жюли в коридор, куда за ними последовала Зое.
– У тебя просто месячные, – сообщила Жюли органистка.
– У меня что?
– Месячные, – вмешалась Зое. – Ты что, не знаешь, что это такое?
Жюли эта новость парализовала. На секунду ей показалось, что собственное тело только что убило ее. Эта была кровь погибшего детства. Так вот как все закончилось! В тот самый миг, когда ей казалось, что она достигла счастья, организм ее предал. Он вынудил ее к тому, чего она страшилась больше всего: необходимости стать взрослой.
Она широко открыла рот и стала жадно глотать воздух. Ее грудь дышала с трудом, лицо стало пунцовым.
– Быстро! – закричала Франсина остальным. – У Жюли приступ астмы. Ей нужен вентолин.
Музыканты, порывшись в рюкзаке Жюли, к счастью валявшемся рядом с ударными Жи-вунга, нашли аэрозоль. Но сколько они ни нажимали распылитель, засунув баллончик в рот Жюли, лекарство не поступало – баллончик был пуст.
– Вен...то...лин, – задыхалась Жюли. Воздух разрежался вокруг нее.
Первое, к чему привыкает человек, это воздух. Только родившись, он наполняет им дыхательные пути для первого крика, и всю оставшуюся жизнь не может больше без него обойтись. Воздух. Двадцать четыре часа в сутки человеку необходим воздух, по возможности чистый. А Жюли сейчас его не хватает. Она вынуждена делать невероятные усилия для каждого вдоха.
Зое побежала во двор, спросить, есть ли у кого-нибудь с собой вентолин. Нет.
По мобильному телефону Давида позвонили в «скорую помощь», в «неотложную медицинскую помощь». Все коммутаторы были заняты.
– Должна же быть неподалеку какая-нибудь дежурная аптека, – нервно сказала Франсина.
– Жи-вунг, иди с ней, – решил Давид. – Ты самый сильный из нас, если она не дойдет сама, ты сможешь донести ее на руках.
– А как выйти отсюда? Менты с обеих сторон.
– Есть еще одна дверь, – сказал Давид. – Идите за мной.
Он повел их в репетиционный зал. Отодвинув шкаф, он показал еще одну дверь.
– Я ее случайно нашел. Коридор должен вывести в подвал одного из соседних домов.
Жюли тихо постанывала. Жи-вунг положил ее себе на плечо и спустился в подземелье. Они дошли до развилки. Слева чувствовалась вонь сточной канавы. Справа – спертый воздух подвала. Они выбрали дорогу направо.
При свете уголька принцесса 103-я рассказывает про Пальцы. Она говорит об их обычаях, технологиях, телевидении.
Собравшиеся вокруг костра рыжие муравьи трепещут, узнав о том, что над родным городом нависла опасность быть уничтоженным. Признавая угрозу, принцесса подчеркивает, что теперь убеждена в том, что Пальцы могут много дать мирмекийской цивилизации. То, что тринадцать рыжих муравьев благодаря огню смогли победить лавину карликов, лишь укрепляет ее в этой мысли.
Она, конечно, не умеет правильно использовать рычаг, не может воспроизвести чертеж катапульты... Но принцесса уверена, что, как и с искусством, юмором и любовью, все это дело времени. Если Пальцы примут правила игры, принцесса постигнет все.
103-я отвечает, что нет. Муравьи достаточно хитры для того, чтобы приручить Пальцы. Тут поднимает усик 24-й.
Бог? Все хотят знать, о чем идет речь. Это машина? Место? Растение?
Принц 24-й рассказывает, как однажды в Бел-о-кане Пальцы, умевшие разговаривать с муравьями, заставили их поверить в то, что они их хозяева и создатели. Эти Пальцы под предлогом того, что они огромные и всемогущие, потребовали, чтобы муравьи им слепо подчинялись. Эти Пальцы утверждали, что они – «боги» для муравьев.
Все насекомые придвинулись поближе.
–
