Подвесной трамвай ходил из верхнего лабиринта дворца Вечного по рельсу, проложенному в лавовой трубке. Тоннель тянулся на несколько миль и был абсолютно прямым, пусть и подвергся мелким разрушениям и эрозии под действием постоянного напряжения. Вдали виднелась легкая белая дымка, – вероятно, там был городской купол. В тоннеле на произвольном расстоянии друг от друга горели белые лампы, выход охраняли блестящие артиллерийские орудия.
Дворцовые ворота позади нас остались открытыми. Они были из цельной стали в два метра толщиной. Подобные двери многие палатины устанавливали на бункерах, сотами расположенных под их дворцами. Они могли выдержать орбитальные и ядерные бомбардировки. Я представил, как легионы под командованием канторов Капеллы разбиваются об эту преграду, как инквизиторы поливают ворота из супероружия. Но эта крепость, как и сам Кхарн, могла бы выдержать вечную осаду.
Багажа у нас не было, и моим друзьям не понадобилось много времени на сборы. Влажный, прохладный воздух в тоннеле был недвижим, как на море в штиль. В конце бетонного перрона стоял одинокий светильник. Как и гравированная металлическая дверь внизу, он был поздним дополнением к оригинальной конструкции. Основанием служила белокаменная перевернутая пирамида с изображением плачущего глаза, как на лице Юмэ. В жаровне ровно горело синее газовое пламя. Я не мог избавиться от ощущения, что стою на противоположном берегу Стикса, глядя на мир живых из царства Аида.
– Он про нас забыл! – шутливо воскликнул Бандит.
– Прости, что? – спохватился я. – Я просто задумался…
– Что за имя такое, Анаксандр? – повторил Хлыст насмешливый вопрос.
Я усмехнулся. Древнее имя меня вовсе не смущало.
– Лучше скажи, что за имя Хлыст? – парировал я, хотя прекрасно знал, откуда оно взялось.
– Анаксандр… – повторил Паллино, весьма умело копируя мою осанку. – Адриан Анаксандр. Столько лет тебя знаю, а ты от меня такую штуку утаивал.
– Полагаю, не нужно объяснять почему, – едко ответил я.
Но даже Валка улыбалась, и я не стал всерьез защищать свое имя и объяснять, что мне дали его в честь древнего, давно забытого правителя со Старой Земли и одиннадцатого лорда Марло из Обители Дьявола. Это было не важно.
Бандит, Айлекс и старый Паллино погрузились в вагон. Старик напоследок похлопал меня по плечу. Валка шла за ними и остановилась на перроне, чтобы поправить сапог.
Хлыст обернулся и взял меня за руку:
– Не нравится мне, что ты остаешься.
– Я здесь уже три недели провел! – ответил я, похлопывая его руку, чтобы он меня отпустил. Он не отпустил – напротив, сжал еще сильнее, уставившись на андроида за моей спиной.
– Это неправильно. Не нужно нам вести дела с деймонами. Ладно сьельсины, но эти? – Он умолк, начертив пальцами в воздухе солнечный диск. – Зря мы вообще сюда прилетели.
Валка по-прежнему возилась с сапогом. Голем нависал надо мной сзади, мешая думать.
– Мы здесь ненадолго.
– А как я пойму, что тебя не подменили? – Он ткнул меня пальцем в грудь. – Как узнаю, что ты не какой-нибудь… репликант? Оборотень?
За годы пребывания со мной Хлыст подзабыл свой прежний плебейский диалект, но теперь он вернулся вновь. Дурной знак. Он таращил глаза сильнее, чем обычно, а его веснушчатое лицо было бледнее Танарана.
– Хлыст, – обнял я давнишнего и лучшего друга, – это я.
Я не стал спорить или уговаривать. Он был убежден в своем мнении и имел на то веские причины. Мы действительно попали в замок ужасов, в самый темный уголок космоса.
Хлыст тоже меня обнял:
– Знаю, дружище. Просто… – Он запнулся и отстранился. – Не нужно было нам сюда прилетать.
Я осмотрел пещеру и насторожился, пытаясь услышать пение птиц, шум волн или любой другой звук помимо тихого пыхтения одинокого синего пламени. Но не было слышно ничего: ни человеческих голосов, ни стонов грешников. Петухи тоже не пели[22].
– Никому не нужно сюда прилетать, – сказал я наконец.
Хлыст собирался что-то ответить, но я махнул ему рукой:
– Чем скорее отправишься, тем скорее мы сможем отсюда улететь. Вперед!
Он промолчал. Это мне не понравилось. Он лишь кивнул и развернулся. Его черная матовая броня выглядела тусклой на фоне красной формы. Обойдя Валку, он вспрыгнул на подножку вагона, оставив за собой призрачный силуэт беспокойства. Я и сам переживал и потому отвернулся, чтобы не видеть, как они уезжают.
– Адриан… – Валка поймала меня за руку.
Завязывание шнурков было лишь отвлекающим маневром! Тень беспокойства Хлыста упала и на ее строгое лицо, о чем говорили насупленные брови и поджатые губы. Валка не сразу заговорила, и я почувствовал, что она с величайшей осторожностью подбирает слова.
– Я приведу Танарана, глазом моргнуть не успеете, – нескладно произнесла она.
Чувствуя, что не следует ее перебивать, я коротко кивнул. Она посмотрела в сторону, и на мгновение свет в ее золотистых глазах померк. Затем произошло нечто, чего я в жизни не ожидал.
Она меня обняла.
Я обомлел. Это было столь неожиданно – чтобы она обняла меня, да еще в этом жутком месте, – что все мои мысли куда-то улетучились. Я тупо стоял, пока она не сказала:
