– Но я не буду комендантом или кем-то в этом роде. Командир из меня так себе… да и в космосе я почти не бывал до тех пор, как покинул Эмеш. К тому же… – я повернулся и с улыбкой уставился на стол, – после этого уже я буду перед вами в долгу.
– Никогда не помешает лишняя пара рук, чтобы драить палубы, – ухмыльнулась Отавия.
– Может, завтра попробую, – слабо улыбнулся я.
Хлыст откашлялся:
– Они к нам поднимутся?
– Валка-то?
Даже при тусклом освещении я заметил, как кровь отхлынула от лица Хлыста.
– И пришелец.
Я вцепился пальцами в колено так, что костяшки побелели. Кивнул, облизнув губы:
– Да.
Не знаю, почему я так нервничал, ведь говорил с Танараном десятки раз. Не боялся его. Валка тоже не боялась. Но позволять ему разгуливать по кораблю, пусть и под охраной, было рискованно. Нельзя было винить Хлыста за то, что он паниковал, и это еще мягко сказано.
– Нужно снова его заморозить, помяните мое слово, – резко произнес Хлыст.
Отпустив колено, я втянул в себя воздух, успокаиваясь.
– Такая возможность у нас есть, но товар нужно показывать лицом. Дипломатия, сам понимаешь.
– Дипломатия? Да ты его зубищи видел?
– Почти в упор, – отрезал я, не желая продолжать дискуссию. Мне и без Хлыста забот хватало.
С лестницы донеслись шаги. Стук каблуков и шлепанье голых ног. Клацанье когтей. Обернувшись, я увидел, как с лестницы выходит сутулая фигура Касанторо Танарана Иакато. Сьельсин был таким высоким, что на лестнице ему пришлось съежиться, а теперь – развернуться, заполнив собой почти все пространство. Рогатая голова едва не царапала потолок. Из-за широко раскрытых и глубоко посаженных глаз она напоминала круглый череп. Следом появился Паллино, на этот раз одетый в простую рубашку с брюками. Тем не менее про пояс-щит он не забыл. Последней поднялась Валка. Ее голые руки были сложены на груди, а глаза взволнованно горели.
Я встал, придерживая на поясе меч. Как и Валка, я смотрел на сьельсина с ожиданием, гадая, что тот будет делать. Танаран молча прошаркало к окну, пригибаясь, чтобы не стукнуться головой о низкий потолок. Хлыст сделал защитный жест и отодвинулся подальше от ксенобита. Отавия не шелохнулась.
Руки сьельсина не были скованы, и оно дотронулось пальцами до стекла, глядя то вверх, то вниз. В отблесках варпа «Загадки» его фигура отбрасывала на пол длинную тень. Наконец оно заговорило на выученном с помощью Валки ломаном галстани:
– Это место… напоминает о доме. – Танаран говорило тихо, как в храме. – Почти… такое же большое.
Валка подошла к ксенобиту, обойдя бдительного, не сводившего глаз с пришельца Паллино.
– Ты росло на таком корабле?
– Таком? – Танаран убрало руки со стекла, оставив влажные отпечатки шести пальцев. – Не совсем таком. Мы… я хочу сказать, народ… мы… – Оно сбилось, не находя нужных слов. Перейдя на родной язык, спросило: – Nietolo dazen ne: «Eatabareto o-velegamaya».
– Мы выдалбливали полости в астероидах, – перевел я, втискиваясь между Валкой и высоким пришельцем.
Танаран не внушало угрозы и не выглядело способным на это, но его когти и рога никуда не делись.
Сьельсин дернул головой в жесте, означающем понимание.
– Выдалбливали… – повторило оно, запоминая слово, и, обернувшись, взглянуло вверх, сквозь стеклянную крышу смотровой площадки, на далекие огни города. – У нас не было столько места. Мы строили вглубь, слоями. Не на открытом пространстве… – Танаран начертило в воздухе круг. – Вокруг. – Оно умолкло, опустив руки. – Как… велико это место?
Валка взглянула на меня, и по выражению ее лица я понял, что у нас одинаковые затруднения. Мы ничего не знали о сьельсинских единицах измерения. Как ответить на такой вопрос?
Ксенолог нашлась с ответом быстрее меня:
– Приблизительно в сорок тысяч раз больше тебя.
– Приблизительно?
– Это лишь догадка.
Танаран понурило голову, поджав губы. Я не сразу понял, что оно размышляет.
Выглядело оно сердито.
Я вдруг заметил, что черные глаза Отавии Корво внимательно изучают существо, как будто то было загнанным, способным в любой миг напасть леопардом. Несмотря на всю ее дипломатичность при первой встрече с пришельцем, она оставалась настороже.
– Raka yumna velatate, ne? – спросило Танаран.
– Да, это корабль, – ответил я, тоном показывая, что перевожу для слушателей-людей.
– Не пройдет и двадцати циклов сна, как мы будем на Воргоссосе, – вставила Валка.
– Если эти Возвышенные не лгут, – произнесла себе под нос Отавия Корво.
Танаран размяло пальцы и окинуло нас взглядом прищуренных глаз. На смотровой площадке было сумрачно; ее освещали лишь направляющие лампы в полу и огни «Загадки» снаружи, но и это было слишком ярко для создания ночи.
– А эти, другие… – указал на корабли пришелец, – тоже летят на Воргоссос?
– Да, на Воргоссос, – ответила Валка, вновь подходя к ксенобиту. – И в другие места. Вон тот, – махнула она на бугристый серебристый корабль с зелеными пятнами и приземистым клиновидным трюмом, – принадлежит моему народу. Тавросу.
