Наряженные, напомаженные девушки в полной боевой готовности спускаются на улицу в ожидании нового задания, придуманного преподавателями, но застывают на месте, когда в ворота школы заезжает полицейская машина с камерой для заключённых. Они не могут понять сути происходящего, а когда несколько амбалов начинают затаскивать их внутрь, ситуация приобретает далеко не шуточный характер.
- Блять, это уже нихрена не смешно! - Ругается Ира, крепко сжимая кулаки и впиваясь немного отросшими ногтями в кожу, только чтобы хоть немного сохранить самообладание. Ноги трясутся, в глазах стоят слёзы. Девочка не понаслышке знает, каково это, попасть под тяжелую руку закона. Вся эта ситуация отбрасывает ее на несколько лет назад, в тот злополучный день, когда мало что соображающего ребёнка повязали. Она чувствовала тогда только лютый страх, въедающийся под кожу острыми щупальцами, растекающийся по венам и завладевающий мозгом. В один момент она полностью пропиталась им, забывая, что во вселенной существуют какие-то другие чувства.
Так было и сейчас. Страх, давно спавший в ней, резко пробудился, воскрешая в памяти те самые воспоминания, превратившие Иру в агрессивную девушку. Она впивается в поручень и чувствует, как мелкая дрожь пробивает все тело, и девушка уже не может успокоиться, не может вернуться обратно.
- Тшшш. - Слышит она тихий шёпот прямо возле уха и чувствует, как руки обвивают ее талию, прижимая чуть назад. Ира вжимается в другое тело, чувствуя, как легкие с силой сдавливает поступающий воздух. Задыхается. Теряется. Кричит. А сквозь прочную оболочку, выстроенную ее собственным подсознанием, громче любого звона пробивается тихий, бархатный голос, шепчущий что-то монотонное и практически непонятное. Голощапова начинает прислушиваться, концентрируя внимание уже не на внешних обстоятельствах, а на отвлекающем маневре, который срабатывает именно так, как должен был, позволяя девушке успокоиться, глубоко вдохнуть и опуститься на пол машины.
Диана продолжает сжимать ее в руках ровно до того момента, пока девушка окончательно не успокаивается и не расслабляется. Чрагян откидывается на стенку и прячет лицо в ладонях. Она понятия не имела, что только что произошло, каким образом она, находясь в другом конце машины, за секунду оказалась рядом с Ирой и, абсолютно ничего не делая смогла привести ее в чувства. Мысли бурлят в голове, создавая хаос, который никак не может сложиться во что-то понятное. Девушка дрожит и пугается собственных эмоций ровно до того момента, пока теплые ладони Голощаповой не сжимают ее собственные и не притягивают Диану ближе, заключая её в объятия.
По машине прокатывается звук хлопков и обе девушки резко поднимают голову, хватая на себе удивленные и пораженные взгляды одноклассниц.
- Ну нихрена себе. - Проговаривает Мишко, проводя рукой по взъерошенным рыжим волосам, после чего, атмосфера напряжения висевшая в воздухе крупными каплями испаряется, сменяясь громким смехом облегчения.
***
- Ирина Голощапова обвиняется в том, что главными принципами в её жизни стали воровские понятия. - Грубо проговаривает человек, совершенно не похожий на прокурора, по отношению к нему формировалась неприязнь и какая-то горечь в горле. Ира, где-то в глубине души прекрасно понимала, что все это - обыкновенный эксперимент преподавателей, который в действительности не несет никакой угрозы, но хрупкий, неустойчивый внутренний мир девятнадцатилетней девушки отказывается принимать реальность такой, какая она есть, вколачивая в мозг страх и боль, сковывающие изнутри.
- Есть события в жизни, за которые вам стыдно? - Проговаривает мужчина, в этот раз, просверливая дыры глазами в самой девушке, от чего та мнется, теряется и хочет в эту самую секунду буквально провалиться под землю, но продолжает стоять на месте.
- Маму подвожу постоянно. - Собрав все силы в единой точке концентрации, проговаривает девушка, и все её внутренние эмоции, подобно демонам начинают вырываться наружу.
- В чем подводите?
- Верит в меня она, надеется постоянно, что я все-таки смогу стать нормальной дочкой. - Девушка не выдерживает, выпуская наружу слезы, оказывается в состоянии полнейшей истерики и перестает контролировать себя. Её ярко выраженная агрессия берет верх, обрушиваясь на зал с присяжными криком, нецензурной бранью и яростью, направленной на прокурора.
Голощапова пытается держать себя в руках, чтобы не накинуться с кулаками на мужчину, который явно провоцирует её и с каждым новым словом ей становится все сложнее. Кричит. Срывается. Захлебывается собственными слезами, стараясь затушить внутри те чувства, которые в один момент оказались вывернутыми наружу. Не получается.
Диана Чрагян обвиняется в отсутствии силы воли. - Проговаривает мужчина и девушка, которая стоит перед всем залом, чувствует, как внутренние струны души начинают медленно рваться. Она сжимает тонкими пальцами края юбки до побелевших костяшек.