Девушка, привыкшая выступать на публике, сейчас теряется, хочет спрятаться в норку и больше никогда не показываться на свет. Она привыкла быть охотницей, а сейчас предстала в роли жертвы.
- Вы утверждаете, что ненавидите танцевать на барной на стойке и разводить мужчин на деньги? - Мужчина внимательно смотрит на неё, наблюдая за реакцией. Маска безразличия, пришитая стальными нитками, разрушается на глазах. Девушка пытается сдерживать себя, но с каждой секундой становится все сложнее.
- Да. - Тихо отвечает Диана, опуская глаза вниз.
- Но, при этом, вы не сделали ничего, чтобы найти другую работу. - (РАНЕН) Слова бьют в самую шаткую часть крепости, и Чрагян покрывается трещинами. Ей нечего сказать, просто потому что она боится пробовать себя в чем-то новом, что, может быть, ей было бы действительно интересно.
Торговля телом всегда пользовалась популярностью и приносила неплохой доход. Несмотря на то, какие чувства испытывала девушка, каждый раз поднимаясь на стойку, она убеждала себя в том, что нашла занятие, которое у нее получается, а значит, даже смысла нет пытаться искать дальше. Страх поражения сильнее отвращения.
- Вы наказываете себя? - (УБИТ). Диана сдается, выпуская эмоции наружу, прячет лицо в ладони, вспоминая, как раз за разом вгоняла лезвие под кожу, разбивала кулаки о стены, наносила самой себе увечья, только ради сохранения здоровья окружающих её людей.
- Блять. - Не выдерживает девушка. - Я не хочу, чтобы повторялся тот момент, когда я бросаюсь с ножом на людей, поэтому я проявляю агрессию по отношению к себе. - На одном дыхании проговаривает Чрагян, заставляя всех одноклассниц посмотреть на нее в немом шоке.
Эксперимент заканчивается так же неожиданно, как и начался. Вывернутые на изнанку ученицы были не в силах реагировать ни на преподавателей, ни на какие-то их слова. Они были погружены в себя, в свои проблемы настолько глубоко, что постепенно в голове каждой зародилась фраза “Так вот почему я стала такой…”
***
Темнота окутала школу и девушки, почувствовавшие на себе всю силу психологии, лежали в своих кроватях, ощущая, что где-то в душе стало немного легче, обида на весь этот гребаный мир уменьшилась в размерах, позволяя расширить гамму чувств, впуская в себя положительные эмоции.
Ира сидела на подоконнике в ванной, жалея, что сейчас под рукой у нее нет пачки сигарет, которая помогла бы хоть немного разобраться в сегодняшнем дне и упорядочить тот хаос, который породил урок психологии.
- А ты спать не собираешься? - Слышится тихий голос и в дверях застывает силуэт девушки, которая в последнее время стала слишком часто фигурировать в ее жизни.
- Да не спится что-то, слишком много эмоций осталось, они на меня действуют лучше любого энергетика, так что, сижу, пытаюсь привести голову хоть в какое-то подобие порядка. - Отвечает Голощапова и по мере того, как одноклассница приближается к ней, Ира сильнее сжимает пальцами подоконник.
- Получается?
- Нет.
- А может вообще сейчас не стоит ни о чем думать? Только вторая неделя началась и, если реагировать так на каждый урок или испытание, крыша поедет быстрее, чем мы доберемся до следующего выгона. Делай выводы и забивай. Мы немножко изменились за сегодня, дальше больше, а пока, давай просто вернемся в комнату и ляжем спать, завтра будет сложный день.
Голощапова пристально смотрит в темные глаза и улыбается, притягивая девушку к себе и заключая в объятия, утыкается носом в шею и чувствует нежный бархат бледной кожи, отдающий уже знакомым ароматом.
Чрагян проводит ладонями по спине Иры, обводя тонкими пальчиками все выступающие позвонки, зарывается носом в распущенные волосы и закрывает глаза, чувствуя, как странный, незнакомый для нее уют расползается по венам.
Голощапова задыхается от нежности и теплоты, которую чувствует каждым миллиметром кожи. Она не знала, что так бывает, не догадывалась, что в мире существует что-то настолько приятное и одновременно настолько больное. Девочка буквально чувствует, как в легких у нее распускаются цветы, перекрывающие доступ кислороду. Ира теряется на задворках собственного подсознания, боится менять привычную агрессию и жестокость на нежность, но Чрагян растворяет в себе быстрее, чем шатенка успевает принять хоть какое-то решение и сдается, надеясь, что ей никогда больше не придется пожалеть о выборе, сделанном под покровом ночи.
Они стоят, прижавшись друг к другу, осознавая как же сильно похожи. Одна - лютая агрессия, обрушивающаяся на людей криком, болью, страхом и безжалостностью, таящая в себе обиду на весь мир, разбрасываясь стеклами разбившихся розовых очков и цепляя каждого на своем пути, стараясь сделать так, чтобы больно было не только ей одной.
Вторая - скрытая агрессия, обрушивающаяся на собственное тело ранами, ссадинами и порезами, потому что страх однажды убить кого-нибудь оказывается сильнее внутренних желаний.