Резьба по живому полностью

Цокольный этаж – помещение огромное и хаотичное. Планировка в основном свободная, не считая душевой и постирочной, которые примыкают к коридору, соединяющему солидную качалку с задней частью дома, а спереди – большая мастерская. Фрэнк Бегби снимает одежду и наспех запихивает в стиралку джинсы, футболку и носки – все, кроме трусов, – насыпает порошка с ароматом лайма и устанавливает режим. Потом направляется в душ, открывает краны и смывает остатки сына с волос. Он думает о Майкле, намыливаясь Пауэровым очищающим гелем с ароматом персика. Став свидетелем лютой, звериной ярости своего отпрыска, он словно посмотрел 3D-фильм о собственных подвигах молодости. История повторяется. Заклинание «не делай, как я» оказалось тягомотной херней. Чтобы твои дети не выросли мудаками, лучше всего самому им не быть – ну или хотя бы не показывать им, что ты мудак. Легче это сделать, если ты непьющий художник из Санта-Барбары, а не алкаш и уголовник из Лита.

Выйдя из душа и насухо вытершись, Фрэнк Бегби натягивает трусы и влезает в шелковый халат Тайрона. Тот висит на нем так нелепо, что Франко хохочет в голос. Потом поворачивается и окидывает взглядом просторный цокольный этаж.

Судя по спортзалу, Тайрон явно качается, как вышибала, превращая неслабое количество калорий не просто в толстенные, а в несуразные мышцы груди, плеч и рук. В свое время этот местный Фальстаф был знатным дебоширом и, по слухам, до сих пор любит изредка кого-нибудь покошмарить, но обычно оставляет совсем уж грязную работу наемникам.

Однако темную сторону характера Пауэра раскрывает его мастерская. Большую часть занимают два верстака с кучей всяких станков и ручных инструментов. Франко и не знал, что Дэвид «Тайрон» Пауэр у нас самоделкин. Плоскогубцы, отвертки, но прежде всего обилие ножей – включая набор для метания – приводят Франко к заключению, что Мелани надо спровадить отсюда как можно скорее.

Фрэнк с радостью возвращается к ней, хотя одежда достирается только через сорок минут. Он поднимается по ступенькам, стесняясь своего нелепого вида в безразмерном шелковом кимоно и подозревая, что Тайрон сделал это нарочно – чтобы Франко стал уязвимее. Приближаясь к Мелани и Дэвиду Пауэру, он слышит их трепотню о мертвых художниках. Теперь, когда от него уже не воняет никакой гадостью, он с удовольствием обнимает Мелани и вдыхает такой знакомый аромат, хотя и чувствует на себе хитрый и хищный взгляд Пауэра. Отодвинувшись, Фрэнк смотрит ей в глаза.

– Слушай, мне тут надо уладить с Дейви пару вопросов, – начинает он. – Тебе лучше поехать в гостиницу и упаковать вещи. Я приеду, как только высохнет одежда.

– Даже не думай. Больше я тебя не оставлю!

– Ну я в натуре должен извиниться перед старым кентом, – умоляет Франко, замечая краем глаза, как Тайрон пыжится. – Езжай и пакуйся. Набери маме. Разузнай, как там Грейс с Евой.

Это успокаивает Мелани. Она проверяет время на телефоне.

– С тобой все будет хорошо?

– Короче, – смеется Фрэнк Бегби, – если я не вернусь в отель через полтора часа, даю тебе официальное разрешение позвонить в полицию.

Дэвид «Тайрон» Пауэр выглядит оскорбленным и надувает губы. Это не ускользает от Бегби.

– Послушай, – обращается он к Мелани, – я хочу немного перетереть со старым дружбаном, ну и, как я сказал, мне надо перед ним извиниться. Я, когда в прошлый раз пользовался его гостеприимством, повел себя малехо по-хамски, – признается он, поворачиваясь к Тайрону. – Как там старая поговорка, Дейви? Лучше пользуйся моим гостеприимством, не то будешь пользоваться приемным покоем.

Пауэр ухмыляется, Мелани смотрит на них обоих с презрением. От Джима редко можно такое услышать, и всякий раз ее бросает в холод. Она слегка отодвигается от него – от Фрэнка, как его здесь называют.

– В общем, я, наверно, пойду, а вы тут и дальше гоните свое бандюганское фуфло.

– Прости, детка. – Франко поднимает брови и в раздражении плотно сжимает губы. – Можно звякнуть с твоего телефона?

Мелани бесцеремонно сует ему в руку мобилу и, откинувшись на кушетке, рассматривает полотна на стенах. Франко звонит Терри и просит об услуге. Тайрон разглагольствует об одной из композиций Мёрдо Мэтисона Тейта, а Фрэнк Бегби сидит молча, пока через пятнадцать минут не раздается звонок. Вслед за этим на улице останавливается такси. Мелани встает.

– Я скоро приеду, – обещает Франко.

– Ладно, – говорит она, направляясь к выходу. Фрэнк смотрит ей вслед через окно и видит, как она садится в такси Терри.

– Какая-то она грустная, – замечает Тайрон.

– Ничего, пройдет. – Франко поворачивается к нему. – Меня больше волнует водила, к которому она села в таксо!

– Чё такое?

– Помнишь Джуса Терри?

– Кореш Бизнеса Биррелла? Порнограф?

– Угу.

Тайрон бегло улыбается, но затем его лицо суровеет.

– Надо попиздеть. Нужно было это сделать еще пару дней назад, – рявкает он, тыча пальцем в свободное место на кушетке напротив себя.

Фрэнк Бегби поднимает руки, словно сдаваясь, и садится.