— Вот и придумай, как их уговорить. Если на них нужно надавить, я могу встретиться с Императором и попросить его.
— Чтобы быть ему обязанным из-за такой мелочи? Нет уж, — она отпустила меня. — Для начала я встречусь с ними.
— Вот, уже лучше. И если придет граф… Кей… как его?
— Кейреш, — подсказала она.
— Скажи, пусть отписывает землю, если так хочет. Хотя я бы лучше взял золотом. Оно нам пригодится для дома. Всё, я пошутил, не сердись.
— Не хочешь сам с ним встретиться?
— Некогда. Я вот прямо сейчас, — я посмотрел на Илину, которая, наконец, решила что из трав будет заваривать, — позавтракаю и поеду по делам.
— Переоденусь к завтраку, — сказала Бристл, направляясь к лестнице.
Перед тем, как засесть за учёбу и вернуться к рутине студента, а Грэсия вчера умудрилась загрузить очередным отчётом, я решил заглянуть в гильдию асверов. Осталось одно незаконченное дело. Да и хотелось проверить девчонок. Они обе были мне глубоко симпатичны и плохо, если всё закончится на подобной ноте.
В этот раз команда Луции, сопровождающая повозку, старалась держаться ближе. Даже Карл это заметил и следил за дорогой бдительней обычного. Я чувствовал присутствие ещё одной команды, которая проверяла, есть ли за нами слежка. А погода, тем временем, радовала безоблачным небом и тёплым солнцем. Глядя в окно на улочки, фасады домов и набережные, залитые ярким светом, казалось, что это совершенно другой город. Витория — вечно сырой город, заваленный снегом или покрытый тонкой корочкой льда. В такую погоду одно удовольствие пройтись пешочком.
Двор гильдии асверов встретил нас шумом. Через главные ворота проходили повозки со строительным материалом. Везли песок, мраморную плитку, деревянные настилы и узкие рейки паркета. Суетившиеся люди с опаской косились на полудемонов, следивших за ними. Как не странно, за всё время ремонта не случилось ни одного эксцесса, связанного с рабочими. Никто на закрытую для людей территорию не лез и с асверами в конфликт не вступал. И те, и другие хотели, чтобы ремонт закончился как можно быстрее. Особенно старшие, следившие за недавно прибывшей молодёжью.
В здании я сразу направился в лечебный покой. Из всех коек была занята только одна. Диана осталась в коридоре, уловив моё намерение поговорить с Ивейн наедине. Илина ушла дальше, в кабинет Эвиты, чтобы поговорить о травах. Это намерение я чувствовал с самого утра. Она всё никак не могла определиться, что может мне помочь. Думала, что травы могут убрать головокружение и слабость, когда я пытался сосредоточиться на чьих-то конкретных намерениях.
— Ивейн, привет, — я прошёл к ней, уселся на соседнюю койку.
Девушка лежала на животе, повернув голову к окну. Пару минут она молчала. Я не мог уловить, о чём она думала или что хотела сказать. Показалось даже, что она спит.
— Ты должен был сразу сказать, что это я во всём виновата, — сухо сказала она. — Хотя… Нет, ты всё правильно сделал.
— Ох, Ивейн, — вздохнул я. — Виноватых куда больше, чем ты думаешь. Но я всё это сделал не для того, чтобы их найти. Как говорил дедушка, когда у меня не получалось написать пару ровных строчек: «Не реви, от этого буквы не станут ровнее, и кляксы никуда не денутся. Не можешь сделать правильно с одного раза, переделай столько, сколько потребуется, пока не получится». Хм, что-то я неудачный пример вспомнил. Я к тому, что нужно постоянно становиться лучше и не убиваться из-за ошибок. Они случаются у всех, в том числе и у меня.
Ивейн промолчала.
— Перед отъездом старейшина Вейга просила присмотреть за тобой, — сказал я. — Я обещал не говорить тебе о её переживаниях.
— Она переживает, что разбаловала меня, — сказала Ивейн. — Тётя Рикарда постоянно это повторяет. Всегда хотела, чтобы бабушка гордилась мной. Я всегда была первой среди сверстников. Быстрее бегала, лучше дралась на мечах, лучше запоминала наставления старших. Они с папой хвалили меня. Это было приятно и не стоило никаких усилий. Нужно было лишь чуть-чуть больше постараться, чем другие.
— В гильдии… — продолжила она. — Я тоже думала, что здесь мне надо будет стараться чуть больше, чем другие, и меня будут хвалить. Но всё оказалось… Здесь все стараются изо всех сил. И превзойти их не получалось. И я сдалась, решив быть такой же, как все…
Я не перебивал её, чувствуя, как ей было тяжело это говорить.
— А потом появилась Вьера, — сказала она. — И получилось так, словно я и не старалась никогда. Словно я слабейшая из всех.
