— Ты зря на себя наговариваешь. Рикарда никогда бы не позволила быть рядом со мной тому, кому она не доверяет, — сказал я. — А если она поставила тебя в отряд, значит считает, что ты с этим справишься. Подтянешь слабые стороны, станешь более ответственной. Вспомни, как новичок ты не сидела в гильдии, ожидая пока тебе разрешат выходить в город. Знаешь, что думаю я? Это хорошо, что у тебя есть такая напарница как Вьера. Есть тот, кого нужно догнать и перегнать. Стать лучше. Вопрос только в том, хватит ли у тебя характера не сдаваться и следовать за своей целью. Вьера сама ещё девчонка, но изо всех сил пытается угнаться за элитой ут’ше. Вот ты бы стала гнаться за такими монстрами как Луция? Если подумала, что это легко, попробуй натянуть лук, которым они пользуются. А Вьера недавно сухожилие надорвала, пытаясь это сделать. Поверь мне, это очень больно. Вот что значит стараться.
— Только Вьера ещё молодая и… глупая. Стать сильной — не значит стать умной, — сказал я. — Нужен опыт, знания, способность думать и оценивать. Поэтому Рикарда говорила о том, что надо равняться на старших.
Я спрыгнул с кровати, подошёл к ней. Положил руку на выглядывающую из-под простыни пятку. Заклинание, оценивающее повреждения, показало, что ничего серьёзного нет, но начиналось неприятное воспаление и отёк. Этак она проваляется в койке не меньше двух недель. Предположу, что Ивейн не стала останавливать Рикарду, потеряв сознание. По крайней, мере характер у неё есть. Я применил заклинание, снимающее воспаление, и ещё одно заклинание, помогающее после ушибов и растяжений.
— Немного полегчает сразу, — сказал я. — Но полностью восстановишься не раньше, чем через два дня. Если мазь госпожи Эвиты не стала хуже с прошлого раза.
— Вредный мальчишка, — раздался голос травницы. — Обязательно испортит хорошее впечатление.
— Ой, а я вас и не заметил, — тайком улыбнулся я.
— Поговорю с Рикардой, она тебя уложит в соседнюю кровать, чтобы полежал и подумал, что старших надо уважать.
Она вошла в комнату, продемонстрировав баночку с мазью. Следом, к моему удивлению, вошла Вьера. Если старуху я заметил, то девчонку даже не почувствовал. Двигалась она не так уверенно, как обычно, и немного морщилась при каждом шаге. Я подошёл к ней, взял под руку и помог дойти до койки. Попутно применил те же заклинания, что и на Ивейн.
— Вот, — сказала Эвита, кивая на Вьеру, — решила поухаживать за подругой, хотя сама едва стоит на ногах.
— Похвально, — рассмеялся я. — Вьера, ты скажи, зачем эти штаны надела? И, главное, как? Это же больно…
— …лучше, чем без штанов идти… — очень тихо пробубнила она, не поднимая глаз.
— Всё, лежите, отдыхайте, выздоравливайте, — сказал я. — Через два дня, не раньше, — взгляд на Вьеру, — жду вас для выполнения важной задачи по охране важной персоны, то есть меня.
— Ой, важный, — проворчала Эвита, снимая с Ивейн покрывало. Та лежала без одежды, а спина её представляла собой один сплошной синяк, который спускался почти до колен. На него даже смотреть было больно. По краю синяка проступил оранжевый контур, сигнализирующий, что заклинание действует.
— Так, надо записать, чтобы я не сердил Рикарду, — тихо сказал я. Поймал взгляд Эвиты. — Всё, я ушёл. Буду в конце недели на общем осмотре. Если до этого кто-то серьёзно пострадает — не тяните и зовите меня сразу.
— Рикарда хотела тебя видеть! — крикнула Эвита мне вслед.
— Да, да, я уже почувствовал намерение выпороть ещё кое-кого, — тихо отозвался я, уверенно шагая по коридору.
Когда три недели не происходит ничего существенного, начинает казаться, что жизнь вошла в привычную колею и движется без твоего участия. Погружаешься в насущные дела, есть время почитать лекции, выучить новое заклинание. Самой значимой новостью, проскочившей мимо, было то, что из-за потепления судоходство на реках откроется раньше обычного. Уже сейчас речные галеры толкались в доках Витории, готовясь двинуться на юго-восток, где судоходство начиналось раньше всех.
Только где-то на задворках сознания мелькали мысли, что в Империи гремит война, и вот-вот должно произойти генеральное сражение. Недавно Элиана Фартария получила от мужа короткое письмо, в котором он писал о прекрасной погоде и живописных местах, где они планировали встретить вторгшуюся армию. Точная дата сражения не называлась, но звучало так, что его ждали со дня на день. Вроде как передовые дозоры пару раз успели столкнуться с неприятелем и успешно отступить, не понеся потерь. В городе об этом ходили разные слухи, и все как один верили в безоговорочную победу Империи.
