Молодая девушка сделала глотательное движение, но из-за сухого воздуха не смогла проглотить ком в горле. Её глаза защипало, и она поспешила взлететь, чтобы покинуть эту комнату. Тали же вновь приоткрыла глаз, посмотрела на руны. Ей не было страшно. Она уже один раз умирала, отдав жизнь за семью, и если потребуется, она сделает это снова. Наталии было любопытно, что отдал этот мужчина Карине Лиц, чтобы заполучить знание. Карина не обменяла бы его на какую-то мелочь.
Закрыв справочник целителя, я прислушался к ощущениям, уловив возвращение Матео. Пока он навещал гильдию магов, проверяя их кладовые, я коротал ночь в комнате Ялисы, оберегая её сон. Пару раз за ночь рядом с домом мелькало чьё-то присутствие, но незваный гость так и не решился зайти. Встав с кресла, я немного приглушил лампу и тихо вышел в коридор. Обычно в гостиной всегда горел магический светильник, но после взрыва он пришёл в полную негодность. Купить новый пока не успели, и пришлось ставить несколько толстых свечей, которые за ночь сгорели ровно наполовину.
Матео с задумчивым видом сидел за небольшим столиком, который слуги перенесли из кухни вечером, чтобы мы могли нормально поужинать. До сих пор не перестаю удивляться внешности семнадцатилетнего белокурого юноши. Особенно когда он задумается, и его мысли находятся где-то очень далеко.
— Сколько осталось до рассвета? — спросил я, беря стул и усаживаясь рядом.
— Часа полтора, — ответил он. — Помнишь, я обещал тебе бутылку вина?
— Помню, — вздохнул я. — Я пытался уговорить Тали сходить в гости, но это оказалось не просто.
— Думаю, что ближайшие лет пятьдесят выманить её из дома будет сложно, — улыбнулся он. — К тому же она планирует его расширить… Держи, авансом, — он поставил на стол высокую бутылку из тёмного стекла. Внутри, словно светлячки в банке, плавали небольшие светящиеся точки. Сквозь тёмное стекло было плохо видно. Причем плавали они именно как небольшие насекомые, то резко взмывая, то медленно опускаясь или кружась на одном месте.
— Я знаю, что в вине ты не разбираешься, — продолжил он, — но это должен оценить. Тебе ещё дня четыре ехать — успеешь выпить. Только пей сам. Для других оно может оказаться слишком крепким.
— Спасибо.
— А вот то, что обещал достать, — вторым предметом на стол лёг увесистый двадцатисантиметровый куб, испещрённый тонкой вязью рун. Стороны куба блестели серебром, а вот грани украшали золотые пластины. — Наша совместная работа с Жаком. Когда он ещё был молод, наивен и категоричен. Он тогда ещё не мог работать с серьёзным материалом и думал, что моя сила — это магия. Если бы он взялся делать эту модель сейчас, она бы уместилась у него на ладони. Я же смог вместить его идею только в эту коробку, — он положил ладонь на куб. На минуту он замолчал, сжав губы, затем печально улыбнулся. — Ныне живущие маги не могут даже понять что это. А Жак Герман, разочаровавшись в своей теории, не оставил ни одной записи.
— Если это что-то страшное, может я обойдусь посохом?
— Это таран, — улыбнулся Матео. — Магический таран. Очень грубый, но неизмеримо сильный. Ты выступаешь против семьи с историей не в одну тысячу лет. Проникнуть в их дом практически невозможно. Но с этой штукой, — он похлопал по кубу, — это будет просто. Если у тебя получится её обуздать.
— Опять артефакт без ограничителя?
— А ты в этом что-то понимаешь? — не без ехидства спросил он. — Чтобы этим артефактом смог пользоваться слабосильный маг, ограничитель должен быть размером с эту комнату.
— Хорошо, спасибо за предупреждение. Буду предельно осторожен и постараюсь его вообще из повозки не выносить.
— Ну, может они раскаются и отдадут себя на твою милость, — не очень уверенный в подобном, сказал он. — Удачи тебе.
Матео встал, зевнул, прикрыв рот ладонью, и ушёл наверх. Я взвесил в руке бутылку, взболтал, глядя как светлячки сердито заметались внутри. В гостиную спустилась Бристл, кутаясь в лёгкий халат поверх ночной рубашки. Подошла, уселась мне на колени, посмотрела жалобным взглядом.
— Я буду предельно осторожен…
— Знаю, — она поцеловала меня в щеку. — Возвращайся с победой и трофеями.
— Это обязательно. Буду жечь города и грабить сёла. Ой, или наоборот?
— Не надо никого жечь, просто грабь, — рассмеялась она.
— А как же наведение ужаса и сеяние хаоса? Они же нажитое годами просто так мне не отдадут.
— Ты что-нибудь придумаешь, я знаю…
