Я удивлённо посмотрел на Диану. Она в свою очередь вопросительно приподняла бровь, как бы спрашивая, найти ли ей этого «хозяина» и не притащить ли его силой.
— Так уж и быть, — согласился я, — зови своего хозяина. Поговорю с ним по дороге.
— Он просит, чтобы Вы дали слово, что позволите ему свободно уйти после разговора.
— Если он не собирается дурить мне голову, обещаю, что он сможет уйти.
Едва договорив, я почувствовал рядом сильного мага. Причём уровня помянутого Рауля Десмета, а может и сильней. Не слышал, чтобы кто-то мог скрывать свою силу подобным образом. Если чары подслушивания принадлежали ему, я должен был его почуять раньше.
Маг пересёк улицу и оказался рядом с повозкой. Ивейн отъехала ещё немного, позволяя ему подняться внутрь, а Диана любезно открыла дверь, чтобы первой оценить гостя и посмотреть ему в глаза. Гостем оказался мужчина лет пятидесяти. Дорогая одежда, в руках чёрная трость, покрытая мелкими рунами. Наверняка артефакт, но может быть и обычный магический посох. Колец он не носил, но защитные амулеты были спрятаны под одежду. Внешне он выделялся только цветом глаз. Правый у него был небесно-голубой, а левый — изумрудный тёмно-зелёного оттенка. Многие современные маги до сих пор считают подобное признаком врождённого таланта к магии. Хотя по этому поводу написан не один десяток трактатов и изысканий, доказывающих, что разноцветные глаза — не такая уж большая редкость, и ни к каким талантам это не имеет никакого отношения.
— Доброго дня, господин Хаук, — имя он произнес так, словно знал правду о моём происхождении. Он спокойно сел рядом с Дианой. — Меня зовут Перси. И это моё настоящее имя.
— Здравствуйте, — улыбнулся я. — Не будете против, если мы поговорим по пути. Просто я опаздываю.
— Ваше право, — кивнул он.
Стража на дороге к этому времени уже разбежалась. Если это действительно была стража.
— Мы с Вами ещё не знакомы лично, хотя Вы убили несколько близких мне людей. Но поверьте, я не испытываю к Вам ненависти и не желаю зла. Наоборот. Я считаю, что ссоры между нами принесут лишь убыток. И если бы я знал, к каким последствиям приведут мои поспешные решения, лично бы задушил заказчика. Того, первого из многих, — он улыбнулся. — Давайте не будем наводить тень на плетень, как говорили в захолустье, где я родился. Кажется, это было важным условием сделки с Вашей стороны. А условия я стараюсь не нарушать без веской причины.
— Вы служите культу Кровавой луны, — догадался я.
— Почти. Последние двадцать семь лет стою на первой ступени. Возглавляю, если Вам так будет проще понять. Не мы служим культу. Он служит людям, всему человечеству. Мы лишь инструмент, исполняющий желания заказчика. Если хотите, мы можем встретиться, когда Вы не будете так спешить. Поговорим, и я охотно расскажу о нас и нашей цели.
— Нет, спасибо. Давайте конкретно, что Вы от меня хотите?
— Столкнувшись с Вами, культ потерял трёх служителей, стоящих на второй ступени. Близких и доверенных мне людей. Двое из них были мне как сыновья. И тогда я решил, что между нами должен быть мир, нейтралитет, называйте, как хотите. При этом от Вас не требуется ничего делать. Мы сами будем держаться максимально далеко от Вас и гильдии Асверов.
— К чему тогда этот разговор? — спросил я.
— К тому, что культ раскололся, — он немного развел руками, стараясь не делать резких и слишком размашистых движений, чтобы не провоцировать асвера, сидевшую рядом. — Часть служителей хотят отмщения за убитых соратников. Часть, как и я, думают, что ввязываясь в войну с Вами, мы потеряем больше, чем обретём. Увы, я не могу повлиять на раскольников. Не могу найти и убить их, так как меня сдерживают серьёзные клятвы. Да и Вам не нужна помощь и защита моих людей, поэтому передо мной встала дилемма. Не собираясь открыто помогать и требовать от Вас не начинать войну со всем культом, подобные сделки неприемлемы. Отдай больше, чем получишь — такому принципу мы следуем.
Он вынул из внутреннего кармана наладонную книгу в два пальца толщиной. Взвесил её в руке.
— Здесь имена и всё, что культ знает о раскольниках. Тех, кто хочет мести, — интонация его голоса из мягкой стала жёсткой и властной. Словно секунду назад тут сидел совсем другой человек. — Каждое имя в этой книге — это услуга, которую культ окажет тебе. Будь то курьерское поручение, убийство, поиск утерянного артефакта или знания. Любой, обратившийся к культу и упомянувший твоё имя, будет убит на месте. Это моё предложение, — он поднял ладонь, на которой лежала книга.
