— С возвращением, Берси, — сказала Елена. — Мы тебя очень ждали. До столицы новости доходят с опозданием, и каждая следующая страшнее и нелепее предыдущей. Ох, прости, ты, наверное, устал с дороги.
— Ты неважно выглядишь, — подтвердила Бристл. — Похудел немного. И эти синяки под глазами… — она коснулась ладонью моей щеки.
— Всё в порядке. Я последний день пути только и делал что отдыхал. Это всё последствия неумеренного применения силы. Пара дней, и приду в норму. Я вам всё расскажу, только ответьте на пару вопросов. Куда делась повозка со слугами? Во дворце сейчас всё спокойно? И какие именно «нелепые» слухи добрались до столицы?
Бристл усадила меня в кресло. Сесилия как раз принесла большой чайник на подносе.
— В твоё отсутствие, — сказала Бристл, вручая мне кружку, — приходил герцог Янда. Приглашал госпожу Елену погостить в его доме, — взгляд госпожи Елены при этом на секунду стал зловеще-холодным. — Потом требовал отдать ему бумаги, оставшиеся от Лоури. Грубил, угрожал. В конце концов Рут спустила его с лестницы.
— Ух ты, — удивился я, представив себе, как герцог скатывается по лестнице, а затем молодая девчонка за шкирку выкидывает его на улицу. — Прямо-таки, спустила? Дела…
— На следующее утро двух фрейлин у нашего дома нашли мёртвыми. Кто-то умудрился их отравить так, что этого не заметили ни гвардейцы, охраняющие улицу, ни асверы.
— Я настояла, чтобы все вернулись во дворец, — сказала Елена. — Они лишь причиняют беспокойство и мешают.
— А вчера наёмники пытались убить Сесилию и Рут, когда они ходили на рынок, — добавила Бристл. — Одному Сеси свернула шею, а вот второй умудрился сбежать.
— Как-то очень грубо и мелочно, — высказал я своё мнение. — У герцога имеется сотня других возможностей отомстить.
— Мы подумали точно так же, — кивнула Елена, не став озвучивать мысль, что кто-то до сих пор желает убить её и принцесс. Наверняка вспомнила случай с сундуком.
— В ближайшее время не стоит ждать ничего хорошего, — добавила Бристл. — А что касается второго вопроса, то до столицы добрался слух, будто после того, как вы разбили армию иноземцев, они послали против вас чуть ли не тысячу огненных псов. И магам пришлось пустить в ход самое страшное из своих заклинаний. В городе говорят, будто вас всех это заклинание погубило. Но, — она посмотрела на Тали, — Тали сказала, что ты жив, только потерял много сил.
— Империя празднует большую победу, — непонятно к чему сказала Елена.
— И кто же взял на себя ответственность за эту… победу? — спросил я. — Гильдия магов? Или Крус и Янда?
— Маги, — сказала супруга императора. — Их позиция в последнее время сильно пошатнулась, и они спешат заявить о своем триумфе.
— Ну да, ну да, — хмуро ответил я.
На какое-то время в комнате повисло молчание. Я грел в руках чашку с чаем, думая о гильдии магов.
— Берси, скажи, ты сделал всё, что задумал? — спросила Бристл. — Планируешь вновь уехать? Как твой друг Азм?
— Азм погиб, — я вынул из-за пазухи бусинку, положил на стол. — Он оставил немного холодного пламени. Если нужно будет кого-нибудь сжечь, можете смело использовать. Оставлю его дома, как последний аргумент. Вдруг герцог Янда надумает что-нибудь нехорошее. Покажите ему Азма — пусть с ним договаривается, если сможет. А насчёт того, что произошло… Маги действительно убили всех собак. Кроме одной, но не это уже не важно.
Я думал, рассказывать или нет всю правду в присутствии принцесс. Но получилось так, что я начал говорить и уже не мог остановиться. Я пересказал почти всё, что произошло, даже то, что я просил Угу защитить оборотней, а Зиралл вмешался и спас несколько людей. Рассказал о маленьком сражении по дороге в столицу. Все слушали очень внимательно, а у Бристл на лице читалась ненависть и злость на магов за такую жертву в честь победы.
Закончив рассказ, я извинился и, стараясь не показывать эмоции, поднялся в рабочий кабинет. Заперев дверь изнутри, я убрал амулет с холодным огнём в тайник. Бристл знала о нём, и что там хранится. Если понадобится, она сумеет им воспользоваться. Мне же нужно было убрать его из рук, так как я очень хотел выпустить пламя погулять где-нибудь на территории гильдии магов. Или в поместье одного герцога.
— Что тебя гнетёт? — спросила Тали. — Расскажи мне.
Я оглянулся. Она стояла посреди комнаты, глядя на меня серьёзным взглядом. Сделав короткий шаг, она скользнула над полом, проплыв прямо ко мне. Потянулась, взяла меня за руку.
— Что не даёт тебе покоя? Расскажи. Я чувствую сильное волнение, — она пристально на меня смотрела, ожидая ответа. Вот только я не мог описать простыми словами, что творилось внутри меня. — Ты же чувствуешь её, ту, которую зовёшь Великой матерью. Чувствуешь, как она переживает за тебя. Даже я, находясь так далеко от неё, вижу, сколько усилий она прилагает, чтобы сдержать тебя. Если это жажда крови… Я не должна тебе говорить… ты должен сам понять и почувствовать, что это такое. Ты должен проявить силу воли, даже если будет невозможно терпеть. А потом это пройдёт.
