Утром третьего дня пришло письмо из Торговой гильдии с просьбой о встрече. У меня намечались дела в городе, поэтому я не видел причин отказывать им. К слову, пока я путешествовал, стараниями Бристл мы обзавелись двумя новенькими повозками. Одной небольшой, для разъездов по столице, и второй точно такой же, как у семейства Блэс для дальних путешествий. С печкой, вместительной багажной полкой и высокими широкими колесами. Я пока смог увидеть только первую и был приятно удивлён. Если снаружи она выглядела неказисто — почти так же, как и обшарпанные городские повозки, то на отделку салона денег не пожалели.
Торговая гильдия. Насколько я знаю, официально в неё не входил ни один землевладелец. Сделано это было для того, чтобы наместники не имели на гильдию влияния. Так как большинство герцогов, как тот же Кортезе, предпочитали самостоятельно торговать всем, что производила провинция, конкуренция и борьба за рынок среди первых и вторых велась ожесточённая. Взять, к примеру, Блэс. Даниель лично контролировал продажу меха, серебра, драгоценного и полудрагоценного камня. Но он физически не мог следить за тем, чтобы в северные города поступали самые простые товары с юга. Не хватало провинции соли, простой ткани, того же железа. И чтобы привлечь товар на свой рынок, ему приходилось платить торговой гильдии.
Очень тесно с гильдией был связан покойный Лоури. Почти всё, кроме серебра, он сдавал им по той цене, которую считал приемлемой. Его не интересовало, сколько будет стоить белый мрамор на юге, и как его туда собираются доставлять. Главное было получить прибыль здесь и сейчас. Другие герцоги не одобряли подобный метод ведения торговли, но признавали, что личная галера для перевозки товаров — слишком расточительное удовольствие.
С одним из глав гильдии я был знаком. Это на их галере доставляли купленный мною скот с юга. И мне пришлось отсыпать золота за простой судна, так как свободных мест для животных на складах не нашлось. А ещё платить за уборку галеры от навоза, и ещё за сброс его в реку. Нет, второй раз я на такое не пойду. «Бесплатная» доставка мяса мне обошлась в круглую сумму. И о тратах я никому не рассказывал по той причине, что мне было стыдно.
Здание Торговой гильдии находилось не в самом центре города, но на одном из широких проспектов, где всегда много людей. Именно здесь велись переговоры о покупке и продаже всего, что можно купить или продать в Империи. Иногда гильдия брала деньги только за то, чтобы свести покупателя и продавца, а также предоставить услуги посредника в вопросах выполнения обязательств. На купчих бумагах, оставшихся от Герриха, помимо имперской канцелярии стояли печати гильдии. Которая и должна была следить за тем, чтобы без разрешения на землях Лоури ничего не добывали, и данный товар не продавался. В случае нарушения, я мог потребовать от них возмещение ущерба в полной его стоимости. Поэтому я и не переживал, что без моего ведома бароны Лоури возьмутся за разработку карьеров и рудников.
В гильдии меня ждали. Стоило только появиться на пороге, и уже через пару минут я входил в кабинет главы. Точнее, кабинет глав, так как гильдией руководили двое. Не знаю, с чем это связано, и как они делили обязанности и полномочия. С одним из них, как говорил выше, я был знаком. Бенедикт Штейн, упитанный мужчина лет сорока. Крепкого телосложения, светловолосый, любитель дорогих колец и золотых цепей. Второй — Томас Бельц, низкорослый, пузан лет на десять старше. Хотя, я думаю, что над его здоровьем пекутся не самые простые целители, и он гораздо старше. Просто взгляд у него тяжёлый, как у древнего старика.
— Господин Хок, — наигранно и очень профессионально обрадовался Бенедикт. — Мы Вас ждали. Очень ждали.
— Доброго дня, барон Хок, — голос Томаса звучал нейтрально-деловым.
— Доброго утра, уважаемые, — поздоровался я, проходя к высокому и удобному креслу для гостей. — Чем могу быть Вам полезен?
— С порога и сразу о делах! — всё ещё радостно сказал Бенедикт. — Вот что значит деловая хватка. Многим баронам стоит у Вас поучиться.
— Не обращайте внимания, барон Хок, — вставил Томас. — Бенедикт любит заливать гостей потоком словесной патоки. Если хотите, мы можем выпить чаю и послушать. Он в этом деле мастер, поверьте мне на слово.
— Злой ты, — проворчал Бенедикт, разом посерьёзнел, прошёл по кабинету и сел в кресло.
— Мы знаем, барон Хок, что Вы читаете мысли и желания людей, как открытую книгу, — спокойно сказал Томас. — А Бенедикт пока не умеет льстить от чистого сердца.
— Ты ещё скажи, что не уверен, есть ли у меня вообще сердце, — хмыкнул тот.
— Скажите, это проницательность или что-то более? — спросил у меня Томас. — Строго между нами, — добавил он вполне искренне.
— Врождённый талант и немного практики, — я пожал плечами, как бы говоря, что ничего в этом особенного не вижу.
