Когда повозка остановилась, я вышел, подал руку Клаудии. Всё-таки есть у этой молодой девушки стержень внутри. После утренней слабости ни словом, ни видом не показала тех чувств, что бушевали у неё внутри. Сделав не очень удачную, на мой взгляд, причёску, за день ни разу не прикоснулась к волосам. Даже когда я не смотрел, читая книгу, разглядывала пейзаж за окном, думая о чем-то отстранённом. Не потому, что не переживала, а потому, что знала о моей особенности читать намерения.
— Спасибо, — она легко улыбнулась. — Я схожу, посмотрю вернули ли мебель в спальни. Мама должна была подобрать для вас гостевые комнаты, — она погрозила мне пальцем. — Никаких больше ночёвок под открытым небом.
— Уговорила. Нет, нет, я не подумал о том, чтобы разводить костёр и ставить палатки в большом бальном зале, — я улыбнулся. — Вон, видишь мужчину асвера, который хмурит брови? Да, он на нас посмотрел. Скажешь ему, какие комнаты выбрала, он принесёт туда твои и наши вещи.
— Договорились, — она кивнула и, слегка приподняв подол платья, пошла в сторону дома.
Ингар, мужчина асвер, о котором мы говорили, поймав мой строгий взгляд, особым знаком показал, что всё сделает.
— Герцог Хок! — ко мне спешил барон Лари, нервно косясь на асверов. — Вы так быстро уехали, что, нерасторопный, я не успел поговорить с Вами.
Подойдя, он отвесил уважительный поклон. Его супруга, догнав мужа, одарила меня улыбкой, поклонившись, чуть разведя подолы платья.
— Господин герцог, — вторил отцу наследник рода Лари.
— Я бы и рад погостить у вас, но слишком много дел, — ответил я. — Провинция в тяжёлом состоянии. Война на пороге, чёрный мор, бандиты на дорогах.
— Бандиты, ох, сколько этих злодеев не выводи, из лесов не вытравишь, — закивал барон. Да, определённо мы с ним встречались, когда умер Геррих Лоури. Вроде бы он даже что-то требовал для себя от умирающего старика. — В Ваше отсутствие я хотел поговорить с уважаемой Эстефанией, но вокруг такой беспорядок. Тем более Филипп, он занимает всё её внимание. Старый… кхм, — он едва сдержался от оскорблений в адрес барона Мартенса.
— Не уверен, сможем ли мы организовать большой ужин, но поговорить о делах мы сможем только после него. Или же завтра.
— Филипп уже побеспокоился об ужине. Он ещё с утра знал, что сегодня Вы приезжаете. Герцог, Вы всё правильно сказали — в провинции есть проблемы, и я, как верный подданный Империи, обязан помочь Вам в их решении.
— Похвальное рвение, — согласился я, сохраняя нейтрально прохладное выражение лица. Барон, кстати, понял, что я сделал это намерено, пряча истинную эмоцию. Что могу сказать, он, конечно, болван, но наблюдательный.
— После ужина, — понятливо кивнул он.
В доме меня встретила Эстефания в очень неожиданной компании. Я бы сказал в совершенно неожиданной. Рядом с ней, высокий и кряжистый словно медведь, стоял Бруну Фартария.
— С возвращением, Берси, — Эстефания склонила голову как подобает благородной хозяйке, встречая высокородного гостя. Но вот с фамильярностью она переборщила. Бруну на это едва заметно улыбнулся.
— Спасибо, что принимаете меня, — кивнул я в ответ. — Бруну, не ожидал. Действительно, не ожидал.
— Берси! — он шагнул навстречу, крепко пожав мне руку, затем улыбнулся и обнял, похлопав по спину. — Везучий… чуть не сказал демон.
— Забываю тебе сказать, — я покрутил плечом, — что эти твои дружеские объятия могут убить неподготовленного и слабого телом человека.
— Я знаю, — его улыбка стала ещё шире. — Рауль пообещал превратить меня во что-нибудь маленькое и мерзкое, если я полезу к нему обниматься.
— Эстефания, — обратился я к ней. — Мы пообедали ещё по пути, поэтому до ужина мы с генералом попьём чаю в какой-нибудь небольшой и тихой гостиной.
Мимо нас как раз пронесли пару низеньких и длинных сундуков, которые можно было использовать как лавку. Со стороны левого коридора слышалась приглушенная брань и звуки передвигаемой мебели.
— Я провожу, — мягко сказала она, показывая на лестницу, — и распоряжусь подать чай. Мне удалось найти несколько человек, служивших Герриху, так что дом потихоньку оживает.
Эстефания провела нас в небольшую комнату в конце коридора на втором этаже. Широкие окна, одно из которых было немного приоткрыто, выходили в сад. Из мебели в комнату успели принести пару кресел и круглый чайный столик, смотревшийся не к месту.
— Что-то случилось в столице, пока я тут навожу порядок? — спросил я, проходя к окну и выглядывая на улицу. Внизу один из наёмников улепётывал от Аш, которая решила полежать в теньке под деревьями.
