По пути в рабочую часть дворца нам дважды попадался патруль гвардейцев, сопровождающий последователя Зиралла. Оба раза я сталкивался с неприязненным взглядом оных. Один раз мы разминулись с большой группой магов из совета. Довольно неожиданно из бокового коридора на нашем пути вышла Лейна, старшая из принцесс. Она несла в руках несколько свёрнутых в рулоны текстов. Судя по дорогой шнуровке, это были приказы или законодательные акты.
— Берси?.. То есть, доброго дня, Герцог Хок, — она обрадовалась, пытаясь скрыть эти эмоции. Получалось у неё не очень.
— Ваше Высочество, — кивнул я.
— Вы вернулись из провинции? Когда?
— Только вчера. Заставили обстоятельства, о которых я хотел поговорить с Вашим отцом.
— Так я Вас провожу, — она улыбнулась мне, затем так холодно посмотрела на служащего, что тот едва в ледяную статую не превратился. Он сразу всё понял и умчался в обратном направлении, пролепетав что-то про извинения.
— А Вы чем заняты в этом крыле Дворца? — спросил я, зашагав рядом с ней.
— Подбирала материал для наших занятий. Вы ведь не думали, что той малости, что я рассказала ранее, достаточно, чтобы разбираться в земельном праве и сложных законах империи? — в её вопросе едва заметно промелькнула тревога, словно я действительно мог так подумать.
— Ни в коем случае.
Мы прошли ещё один поворот и почти добрались до нужного коридора. Лейна немного сбавила шаг, затем посмотрела на меня ясными глазами. Ей ещё не исполнилось пятнадцать, и года через два-три она превратиться в милую и очаровательную девушку. Несмотря на острые черты лица и не такую миловидную внешность как у Клаудии, её легко можно назвать красивой.
— Я слышала, — тихо сказала она, — что Вы были в опасности. Рада, что ничего плохого не случилось, — она смутилась, опуская взгляд. Свитки в её руках слегка хрустнули, когда она сильнее прижала их к груди.
— Сейчас уже всё позади, не переживайте и не бойтесь за меня. Я великий и могущественный волшебник, — мистическим голосом произнёс я, — меня так просто не одолеть!
Лейна тихонько захихикала.
— Мы пришли, — она показала на двери, рядом с которыми пристроилась пара асверов. В тупике коридора, шагах в тридцати, на низком стуле сидел ещё один последователь Зиралла. — Когда поговорите с папой, загляните к нам в гости. Скоро должны подавать вечерний чай, он должен Вам понравиться.
— Ничего не могу обещать. На улице меня ждёт огненный пёс, оставлять которого надолго нельзя, иначе он учинит беспорядок и перепугает всех благородных дам во дворце.
— А можно, чтобы он всех дам перепугал, без беспорядка? — в её глазах появился озорной огонёк. — Обещаю взять всю ответственность и гнев папы на себя.
«Маленькая ты ещё, чтобы на себя ответственность брать,» — хмыкнул я, но вслух сказал другое:
— Есть вещи, которыми не стоит шутить. Буду ждать нашего следующего урока.
— Я тоже буду ждать, — она кивнула и, смутившись, умчалась в обратном направлении.
Проводив её взглядом, я вошёл в приёмную перед кабинетом. Интересно то, что в приёмной можно было с комфортом посидеть, отдохнуть в ожидании, но не было человека, который бы приглашал в сам кабинет. Собственно сейчас приёмная оказалась полностью пуста. В кабинете же чувствовалось присутствие только одного человека. У меня возникло чувство, что я вламываюсь к Императору без приглашения. Собравшись с мыслями, открыл дверь, входя внутрь.
— Мой Император, — я склонил голову.
Вильям явно меня ждал и читал что-то не из «важного». Император как всегда выглядел величественно, излучая властную ауру. Кажется, что в любую секунду он готов отдать приказ, от которого будет зависеть не только твоя жизнь, но и судьба всей империи. Рикарда как-то говорила, что редко встречаются люди, в разговоре которых проскальзывают намерения делать что-то большое. Не исполнить сиюминутную задумку, а планомерно исполнять грандиозный план. Мне вспомнился момент, когда она отчитала меня за то, что я манипулировал группой тас’хи. Дескать, когда я что-то делал, в эмоциональном плане я буквально кричал, что это всё для спасения асверов. Так вот, Вильям обладал тем же самым талантом. Даже когда он молчал, он делал это во имя и для Империи. Не помню, посещали ли его другие мысли. Думает ли он когда-нибудь об отдыхе или развлечениях?
— Герцог Хаук, — он отложил бумагу, встал и даже вышел из-за стола, чтобы немного приобнять меня за плечи. — Как дела в провинции? Справляешься?
— Сложностей больше, чем я думал изначально, — я едва не сказал «стараюсь». Дед очень не любил это слово. Он всегда говорил: «Не старайся, просто делай».
— Да, я слышал, — он покачал головой, возвращаясь за стол. Я так и не понял, одобрительно он это сказал или наоборот. — Ты умудрился сохранить целым мой легион. Зайди в канцелярию, я распорядился о небольшой премии. Деньги тебе сейчас не помешают.
— Спасибо, — удивлённо сказал я. Это была первая приятная новость за сегодня. Надеюсь, и размер премии меня приятно удивит, а не вызовет лишь снисходительную улыбку.
— Мне сказали, ты приютил у себя беженцев с юга.
