— Берси! — кто-то позвал меня второй раз звонким девичьим голосом.
Я секунду пытался вспомнить, откуда я знаю этот голос, пока передо мной не оказалась молодая девушка. Теплое платье и платок, в которых ходила большая часть женского населения города. Одежда не дорогая, но сельскому крестьянину не по карману. Рыжие волосы, усыпанный веснушками нос.
— Сорока? — удивился я. — Ты?
— Я! — обрадовалась она. — Ах, ты ж! — Она пару раз крепко хлопнула меня в плечо. — Я тебя, когда первый раз увидела, глазам не поверила. А говорили, тебя на каторгу отправили.
— Постой, а ты почему здесь? Почему столица?
— А чем здесь плохо? — удивилась она. — Город большой, людей много. И рынок большой. А вот что ты тут делаешь? И почему сразу «барон»? — она захихикала.
— С чего ты вязла?
— Людей переспрашивала. Говорят, барон Берси Хаук учится в академии магов. Это что правда, да? — наклонилась она ближе, бросая взгляд на Ивейн. — Целитель? Они же очуметь сколько много зарабатывают. Даже самые захудалые, кто травкой да порошками крестьян лечат. А это, — она наклонилась еще ближе. — Охрана твоя?
— Вроде как…
— Я тебя пару дней у пансиона караулила. Ты съехал? Куда?
— Сорока, постой. Ты…
— Потом, потом, — она подняла руку, помахала кому-то, затем подхватила меня под руку. — Проймемся, тут недалеко.
— Ты про меня, надеюсь, никому не говорила?
— Что я дура? Только главе. Не бойся, он человек правильный, не то, что у нас.
Она скорым шагом повела меня в сторону рынка. Близились зимние праздники и людей решивших, что сейчас самое подходящее время отовариться, было столько, что не протолкнуться. Мы врезались в толпу, легко проходя сквозь нее, вынырнули с другой стороны площади, рядом с крытой повозкой.
— Прокатимся, — сказала Сорока, подталкивая меня в спину.
Я не успел возразить, как из открывшейся двери повозки появились две крепкие руки и легко втянули меня внутрь.
— Гони! — крикнула Сорока, запрыгивая следом. Прежде чем закрыть дверь высунулась наружу и громко крикнула: — «Дура!».
Она плюхнулась на скамейку с противоположной стороны, рядом с мужчиной самого обыкновенного вида. Настолько обыкновенного, что выпусти из поля зрения и уже не вспомнить, как он выглядел. Рядом со мной сидел его антипод с бандиткой рожей и ловкими пальцами. Он пробежал по моим карманам, выудил коробочку со скальпелем.
— Красиво, — пробасил он, на секунду заглянув внутрь, и убрал в подкладку своего тулупа.
— Что за тип? — спросил у Сороки Обычный.
— Наш человек, — улыбнулась она. — Первоклассный домушник. К барону в замок влез, где его и поймали, — она засмеялась.
— Вы бы высадили меня где-нибудь поближе к центру, — спокойно сказал я.
— После того, как поговоришь с главой, — сказала Сорока. — Работать в городе, без его разрешения все равно нельзя.
— Я в Витории не работаю.
— Ага, — она снова рассмеялась. — А мы честные торговцы.
Я вздохнул, растер лицо ладонями.
— Ну и как гильдия воров поживает в Витории? — спросил я.
— Хорошо поживает, — сказал бандит, углядел кольцо у меня на пальце, оживился.
— Даже не думай, — предупредил я.
— Оставь его Жак, — бросила Сорока. Мне показалось, она была у них за старшую. Или хотела казаться таковой. В любом случае карманники с ней спорить не стали.
Выходит, работают они в группе. Два щипача, одна из которых красивая девушка и страшный бандит, с которым не каждый горожанин спорить решится. И дела у них идут в гору, раз на повозке разъезжают. Да и внимание она к себе зря привлекла. В родном городе за такую выходку ее бы наказали в назидание другим. А то и вышибли б из гильдии. И зря она так про Мастера, он своих в обиду никогда не давал, и к беспризорным детям всегда добр был.
Говорить им что-либо сейчас было глупо. Оставалось только ждать разговора с главой гильдии. Сорока едва на месте могла усидеть, словно золотой в карты выиграла. По глазам видно, как распирает ее. Что-то резко разонравилась она мне. Хотелось сказать: «Дура жадная». Ее лицо, сейчас, не казалось таким уж красивым или привлекательным. Вполне обычное, не хуже и не лучше, чем у простых городских девчонок. А ведь когда-то я считал ее красивой…
Ехали мы недолго, кстати. Пару раз свернули и остановились в неприятном на вид тупике. Кругом мусор, грязь, обшарпанные стены зданий. Вход в гильдию выглядел как дверь в полуподвал, где хозяева продукты хранят. Рядом пара оборванцев греются у небольшого костерка, сложенного из каменных строительных блоков. В полуподвале еще одна дверь, за которой узкая лестница, уходящая вниз, в темноту. А вот там уже дверь покрепче, с задвижкой. Сорока постучала трижды, прежде чем задвижка открылась. Появились чьи-то глаза, осмотрели нас, только после чего разрешили войти.
